- Следующий и последний известный мне способ. Самый нерациональный, но единственно возможно подходящий под почти все факты. Контролируемое перерождение твоей матери, используя её собственное тело, как "осколок памяти". Формирование - несколько лет. "Отец" в таком случае играет роль частично объекта мимикрии. Теряется большая часть астрального тела перерождающегося демона, практически вся память и личностные особенности, значительная часть возможностей по оперированию демонической энергией… и ещё много и много других минусов, основным из которых является фактическая смерть без возможности перерождения самого в себя демона-"донора".
Mein Gott… я попал точно в цель. Если до этого Райдзю смотрела на меня просто злобно, то теперь - с грустью и тоской. Ничего не понимаю. Ведь этот вариант же тоже не подходит… или же..?
- Результат - за несколько лет после перерождения, в зависимости от степени и качества усваиваемого опыта условной "матери", и общего количества времени, проведённого с "отцом", физическая оболочка нового демона, как и сознание, "вырастают" в рекордные сроки для аякаши. Хм… очень похоже на твой случай. Такие умения и в таком возрасте… но это же бред. Ни один аякаши добровольно не согласится на собственную смерть. И приказать ему может, наверное, разве что глава клана, который такое всё равно не будет делать: менять взрослого и сильного демона на "ребёнка", который будет полезен разве что лет десять-пятнадцать, да и то ещё не факт, что новый когда либо достигнет той же силы, что и старый… если учесть то, что я знаю про Генноске, он бы никогда не дал бы на такое своё согласие.
- Юто… я понимаю, что она пленница, нано. Но не слишком ли это… - Сидзука.
Перевожу взгляд с водного аякаши на Райдзю. Хм. Мда уж, как мало надо, чтобы несломлённая морально даже принятой магоформой полного подчинения девушка (не совсем человеческого происхождения) потеряла весь свой заряд бороться даже в безвыходной ситуации - вроде её попыток побега из плена в подвале. Наруками села на пол, где стояла, обхватила себя руками и уставилась в пол, слегка влажными глазами. К чести стоит сказать лишь то, что изредка бросаемые ей на меня взгляды всё же были наполнены ненавистью.
- Прости, Сидзука, не хотел поднимать эту не очень приятную для тебя тему, однако так было надо. И её тебе не следует жалеть. Я надеюсь, ты понимаешь, почему.
- Я… понимаю, нано.
Лицо Сидзуки немного разгладилось после моего извинения. Ну и то ладно.
- Хорошо. Давайте теперь вместе подумаем, зачем я вообще завёл этот разговор. Нару, ты сказала, а значит искренне веришь в то, что твой "отец" - Шиничи Амакава. Но этого не может быть. Я тому наглядное опровержение. Я - человек. Если мой отец не менял жён как перчатки: сначала аякаши, потом человеческая женщина, тогда то, что ты говоришь - неправда, как бы ты в неё не верила…
- Господин Юто… чтоб тебя стукнуло об землю да посильнее, у нас разные матери! Ты… не смей говорить о моей матери, как о расходном материале клана!
Злость, обида, обречённость - последнее наверняка из-за понимания того факта, что она бессильна что либо изменить или хотя бы остановить мой так ей неприятный монолог. Хм.
- Ладно, прости меня и ты. Ты не заслужила издевательств в свой адрес, несмотря на своё поведение.
Удивление. Облегчение. Злость никуда не ушла, но стала меньше.
- Просто у нас с тобой очень различны жизненный опыт и ценности. Если бы кто начал говорить про моего отца, что… хм, нет, это тебе пока знать не стоит.
Чуть не проговорился про своего старого Главу из прошлого мира. Что-то со мной не так. Скорее всего, просто усталость.
- В общем, раз уж такое дело, устраивайся поудобнее и начинай говорить о себе всё, что может касаться меня и моей Семьи. Заметь, это пока не приказ. Я хочу услышать от тебя то, что ты сама хочешь сказать… сестрица.
Куда делась вся её уверенность? Удивления всё больше, но также в эмоциях начала теплиться какая-то… надежда, что ли?
- Пока ты говорил свою говорильню, я вспомнила пару деталей, которые тебя могут заинтересовать. Уж не знаю, в курсе ли ты про них или нет, господин Юто, но… р-р-р, как же меня бесит это обязательное обращение! - Нару.
Действительно. Какой злобный взлохмаченный зверёк. Donnerwetter, почему я сегодня такой добрый? Вздыхаю, отнюдь не наигранно - само получается.
- Ну, зови меня уже просто Юто, раз тебе такое обращение поперёк горла стоит. Хех. Хотя помнится, во время боя, и потом, когда я спасал твою шею, я был очень даже "Юто Амакава-доно", хе-хе. И куда только тогда твой гонор делся? Я обычно не позволяю такое пленникам, пусть даже они и дали своеобразную вассальную клятву… ну да чёрт с ним.
- Спасибо, хм… Юто. - Нару.
