– Вот тут обща…житие. – Палыч коротко комментировал обстановку, – Попробуй карточку. – Макс приложил потертый пластик к считывателю и тот, мигнув зеленым, звонко щелкнул, – Работает. Отлично. Нам на третий этаж. – Палыч зашел в лифт, не новый, но отполированный и намытый каким-то средством с едкой цитрусовой отдушкой, и нажал кнопку. – На лестницу тоже по карточке, так что везде ее с собой носи.
Макс коротко кивнул и скосил глаза на отражение. Он никак не мог привыкнуть к своему новому образу – длинные вьющиеся волосы, которые Макс любил красить в темно-красный и по-разному завязывать, коротко, по его мнению, остригли, поднятый ворот плотной футболки-поло скрывал края татуировки, без пирсинга в брови и ушах он казался себе голым, удалось отвоевать только маленький гвоздик в левом ухе, аккуратную щетину заставили гладко выбрить. Единственное, что осталось нетронутым – это пустые серые глаза.
Лифт тихо дзынкнул и Макс откинул прядь со лба.
– Твой бокс три-ноль-три. – Палыч пошуровал в кармане и достал ключ, – На, попробуй.
Макс принял ключ, быстро пробежал большим пальцем по зазубринам, чуть наклонился, чтоб посмотреть на замочную скважину и прицелиться. Дверь была закрыта на три оборота – взломать при желании можно, но придется повозиться.
Бокс представлял собой небольшую двухкомнатную квартиру: слева от входа расположись шкафы и узкая скамейка, справа – санузел, а прямо напротив входа две двери. Тут тоже явно похозяйничали с моющим средством. Или это в лифте нос забило настолько?
– Тут кухня и гостиная. – Палыч толкнул правую дверь – маленький кухонный угол со всем необходимым отделился от скромной гостиной с простеньким диваном квадратным столом на четверых, – А тут вот спальня. – за левой дверью стояли две двухъярусные кровати, разделенные закрытыми этажерками, и четыре стола вдоль стены и подоконника. Спальня была просторнее кухни-гостиной, но о своем углу можно забыть.
– Прикольно. – заключил Макс и покинул комнату. Места для хранения особо ценных вещей не было и это сильно напрягло.
– Общая прачечная внизу, покажу позже. Тебя в админке уже ждут.
Выходить на вечерний июньский зной из каменной прохлады совсем не хотелось. На парковке перед административным корпусом стояло шесть машин. Макс оглянулся – перед общежитием тоже была парковка, а на ней всего четыре машины.
– Сейчас уже выпускные экзамены прошли. Многие разъехались, но через месяцок опять соберутся. – прокомментировал Палыч, провожая Макса до седьмого этажа. Выходит, у некоторых студентов были свои машины. Любопытно. Палыч постучал в дверь, – Даниил Егорович! К вам Серов.
За дверью послышался насыщенный прокуренный бас, и Палыч замахал рукой, подзывая Макса.
– Обратно найдешься? – Макс кивнул, – Тогда завтра экскурсию продолжим. Удачи.
Даниилом Егоровичем оказался сравнительно молодой мужчина, лет сорока, с жесткой трехдневной щетиной и короткими русыми волосами, в самой простой серой футболке.
– Максим Александрович Серов? – он поднял голову, потер глаз и указал на стул.
– Здравствуйте. – Макс сел и опустил сумку на пол.
– Тааак. Давай пробежимся по твоему делу. – Даниил Егорович выставил руку и пошевелил пальцами. Макс протянул свое «дело», которое уже изучил от корки до корки, – Кхм… Тебе, значит, двадцать стукнет в августе. Ага, стало быть, на третий курс пойдешь? – Макс кивнул, – Специальность?
– Экономика.
– Хорошо, хорошо… Спортом увлекаешься?
– Футбол. Играл в баскетбол.
– Хм.. – директор перелистнул страницу, – Метр семьдесят шесть. Не маловат для баскетбола?
– Я хорошо прыгаю.
– Угу. За что сюда попал?
– Кражи.
– Со взломом?
– Бывало. – тут врать почти не пришлось – Максу нравилось копаться механизмами, в том числе и с замками. Даниил Егорович свел брови и почесал щетину.
– А во флорбол поиграть не хочешь?
– Это что такое? – такое название Макс слышал и даже немного представлял, что это за спорт, но ему нельзя светиться, а значит командный спорт с потенциально выездными играми не для него.
– Типа хоккея на траве, но только в зале на паркете. У нас команда всего девять человек, некого на замены ставить. – Макс уже хотел возразить, но директор выставил перед собой руку, прерывая его, – Сделаем так. Через две недели начнет собираться основной состав, ты посмотришь, как это выглядит. Простебешь их, сжалишься, поплачешь, а там вдруг понравится?
Макс изогнул бровь, искренне удивившись такому поведению директора. Бергетов его предупреждал, что из всех подобных интернатов – этот самый отбитый. Сюда попадали сироты, несовершеннолетние преступники, судимые и просто всякие отморозки, которые не уживались в обычных школах. Наверно, директор должен соответствовать такому заведению.
– Приму это за «да». – Даниил Егорович кивнул сам себе и принялся отмечать что-то, – В твоем пропуске будет доступ в библиотеку, компьютерный класс и на стадион. Там есть тренажерный зал. Расписание тебе составит Света. То есть Светлана Михайловна, завуч. На следующей неделе пройдешь медкомиссию.
– В деле же есть выписка… – возразил Макс. Его татуировка слишком приметная, он ею светить не собирался.
