Иногда мне кажется, что я жду того момента, когда мне станет все равно и я смогу пройти мимо нее, не посмотрев в ее сторону. Но, одновременно, я не хочу, чтобы моя жизнь опять стала ужасно унылой. Я боюсь, что не решусь позволить себе опять полноценно любить, опасаясь новой неудачи. Когда-то я хотел лишь поговорить с ней. Думал, ерунда. Увлечение. Возможно, если бы мы подольше пообщались, а она бы так и не заинтересовалась мной, я бы остыл и мы бы разошлись как в море корабли. В крайнем случае, чтобы избавится, отвела бы меня в лес по грибы и оставила бы в чаще. Я бы беспрекословно пошёл за моей прекрасной ведьмой. Вместо этого, пока она меня игнорировала без всяких объяснений, я в сомнениях и надеждах всё-таки дал волю своим чувствам и влип по самые уши. Мне стало нужно больше. Я захотел обладать ею целиком. Её родственников я воспринимал как своих. Арсения как ещё одного сына. Смешно о таком было думать, не имея ни надежды ни тем более каких-либо обещаний. Грёзы любви! Жестокие и смешные грёзы.
Я достал из карманов всякий завалявшийся хлам. Потом, взобравшись на валун у самой кромки воды, стал быстро облегчать пригоршню уже ненужных мне вещей и забрасывать их подальше в солёную балтийскую воду.
К тому времени уже было понятно, что скоро будет дождь. Ветер, постоянно дующий на дамбе, приобрёл ту степень порывистости и наэлектризованности, который всегда бывает перед летним ливнем. Выбравшись с каменистого берега на облицованную камнем набережную, мы быстро уселись в машину и я успел развернуться в направлении города когда на лобовое стекло попали первые дождевые капли. Стекло начало запотевать и мне пришлось открыть окно, чтобы салон лучше продувало потоком наружного воздуха. Боковое стекло опустилось на несколько сантиметров и тёплый воздух, со вкусом солёной воды и горячего асфальта, ворвался в кабину, разрывая плотный влажный ком воздуха внутри. А я думал, что уже не знаю, что дальше будет и чем всё закончиться.
Говорят, у каждого человека есть кто-то кто запал ему в душу на всю жизнь. И каждый раз хочется, чтобы это был именно тот человек. "Но если ты знаешь, что человек никогда не будет твоим, то любить его можно бесконечно долго”.
Ну, как предыдущая глава? Неплохое было бы окончание? Романтичное и, наверное, даже милое. Последняя фраза, кто не знает, от Оскара Уайльда. Ещё помню его же фразу: “Все мы лежим в канаве, но некоторые смотрят на звёзды”. Это тоже актуально для меня. Сейчас объясню почему.
Я долго думал, стоит ли мне писать следующую, последнюю главу. И так всё получилось достаточно глупо. Да и будет ли она последней? Отчасти мои сомнения были вызваны тем, что скрытая до сих пор часть этой истории наверняка удивит, а может и огорчит кого-то из моих родных и дорогих мне людей. Но были и достаточно циничные мысли о том, что из другого возможного финала может получиться вполне себе полноценное продолжение или даже совсем другая история, наполненная, помимо уже известных, новыми персонажами и новыми поворотами сюжета. Но одно происшествие заставило меня всё-таки изложить всё так как есть. Может я просто испугался, что мою историю вообще никто никогда не узнает. Мне хотелось, чтобы кто-то понял меня? Или надо было просто выговориться? Ах, если бы Лиза всё-таки выслушала меня! Если она когда-нибудь прочтёт эту историю, наверняка подумает, что правильно поступила, отправив меня в игнор. Хотя мне всё больше и больше кажется, что если бы она в самом начале просто откровенно поговорила со мной, то и я бы так не мучился и они бы не были вынуждены терпеть всю эту неприятную суету. Наверное, мне просто хотелось почувствовать чуть-чуть эмпатии, толику уважения к моим чувствам.
Да, кстати, ещё подумалось, что в этой истории кое-кто выглядит не очень порядочно, а я получаюсь такой благородный весь в белом и со стихами, что хочется пожалеть самого себя. Но мне не надо жалости, нужна помощь. Может быть даже психиатра. И, в конце концов, я оказался не таким уж сумасшедшим как читатели уже наверняка подумали. Я оказался гораздо хуже!
Происшествие, о котором я упомянул, случилось в одно из воскресений декабря. Прошло уже несколько месяцев с описываемых ранее событий. Мы с Аликом ехали на соревнования его футбольного клуба. Он должен был играть полузащитником. Погода была достаточно типичная для нашего климата. Температура воздуха около нуля с небольшими колебаниями в плюс и минус. Периодически шёл снег, который даже при сильном снегопаде, мог растаять уже через пару часов без следа. В тот день небо выдавало очередную порцию слякоти. Поля были покрыты белым свежевыпавшим снегом, а на дороге, отбрасываемый с чёрной грязной колеи колёсами машин, снег сбивался в невысокие валы между полосами и вдоль дорожных столбиков на обочинах.
