Моя любимая сестра полностью

Последний раз я виделась с Зеленой Угрозой в реале три месяца назад, что для нас вполне типично, и не потому, что мы «ненавидим» друг друга. Если уж на то пошло, съемочная команда предпочитает, чтобы между сезонами мы держались на расстоянии друг от друга. Они хотят, чтобы мы встретились посвежевшими, им не нужны смены союзников, когда это нельзя заснять на камеру. Это помогает упорядочить повествование, если мы можем начать прямо с того момента, на каком остановились в прошлом сезоне.

– Как вам? – спрашивает Лорен, проводя ладонью по голове, которую украшает коса-венок. Вы знали, что каждые четырнадцать секунд нью-йоркская женщина поддается соблазну заплести косу-венок? Это косадемия. – Вчера в Gemma у меня потребовали документы.

– Прелестно, – говорю я ей. – Выглядишь на мой возраст.

Лорен выпаливает: «Ха!», а Джен кому-то пишет.

В целом мне нравится Лорен. Она же Лорен Фан! Кому она может не нравиться. Мы всегда относились друг к другу как подруги общего друга, которые исключительно хорошо ладят, когда случай сводит их вместе, которые обменялись номерами, но только чтобы переписываться по поводу организационных моментов. Во сколько завтра ужин в честь дня рождения ‹вписать имя общего друга›? Мне кажется, это глупо, что она приговорена к долговой кабале лишь потому, что Джен привела ее в шоу – они вместе проводили лето в Амагансетте. Как мило. Но правда в том, что я не собираюсь переводить Лорен в разряд настоящих подруг. Я вся начинаю чесаться, когда меня окружают люди, которые не честны сами с собой, и Лорен возглавляет эту категорию, накачиваясь текилой со льдом и крича: «Давайте повторим!» Можно сказать, что Стеф страдает от такого же недуга, но Стеф честна с собой. Она врет всем остальным, а это не критично. Просто, мне кажется, ей стоит придумать стратегию для будущего.

Джен с прищуром смотрит на нашего исполнительного продюсера.

– Лиза, в час я должна быть на другой встрече на Восточном побережье.

У Джен всегда такое выражение лица: «Фу, люди, мне действительно нужно с ними разговаривать?» Есть в ней что-то отталкивающее. Конечно, она привлекательная – мы же на телевидении, сюда не берут уродин, – но эта привлекательность скучная. Она – бледный холст, на который намазывает причудливую палитру бохо. Напяливает кучу желто-зеленых кружевных тряпок. Возможно, отсюда и вытекает вся эта несексуальность. Она понятия не имеет, кто она и чего стоит. Все это имитация, косплей «дитя цветов» с конечной целью в виде денег и успеха, а не самореализации и удовольствия.

Даже этот вид снобки кажется мне продуманным ходом на шахматной доске.

Ходят слухи, что Джен улучшила свою внешность, чтобы возобновить отношения с человеком, который растоптал ее сердце перед последним нашим воссоединением. Третья пуговица ее льняной блузки расстегнута. Дерзкая девчонка. Но узнать наверняка невозможно, главным образом потому, что Джен отказывается обсуждать свою личную жизнь. И это меня бесит. Мы же на реалити-шоу! Нам предписано делиться всеми аспектами нашей жизни, даже унизительными разрывами. Я дважды вытерпела расставание с Сарой – один раз в реальной жизни и один раз, когда это вышло в эфир, но Джен удалось соскочить с крючка. Она хочет обожания, но при этом без каких-либо жертв.

– Итак, раз мы все здесь, – Лиза вздергивает подбородок и сверлит меня взглядом, – давайте начнем.

Келли берет свои документы, спина прямая как палка.

Все здесь? Я смотрю на дверь.

– Стеф заблудилась в двух сотнях залов?

Полевой продюсер смеется.

– Стеф не придет, – как будто с восторгом сообщает мне Джен. С каких это пор Джен называет Стефани Стеф?

– Она не придет? – Я окидываю взглядом зал, выискивая, кто так же потрясен, как и я. Никогда прежде ни одна из Охотниц не пропускала встречи по поводу съемок.

– Она в Чикаго с Сэмом, – вызывается сообщить Лорен, наблюдая за моей реакцией и зная, что я удивлюсь. Сэм – помощник оператора, а значит, Стефани записывается раньше и одна. Тебя не снимают раньше и одну, если не думают, что твоя сюжетная линия актуальна для сезона. Никто не захотел снять меня – раньше и одну, – проводящую собеседование.

Не хочется показывать, что меня это задело, но, проклятье, меня это задело.

– Тогда почему бы нам не встретиться, когда она вернется? – спрашиваю я Лизу.

– Потому что, – отвечает та, – вы все занятые сучки, и четверо из пяти – не так уж плохо. – Она берет сценарий и переворачивает страницу. – Главные эпизоды…

Все переключают внимание на сценарии. Я тоже стараюсь сосредоточиться, но вижу лишь числа и слова вместо дат и мест. Улавливаю какое-то движение и, подняв голову, замечаю, что Лорен склонилась к Джен и что-то шепчет, прикрывая рукой губы, чтобы сдержать хихиканье. Джен удается улыбнуться, не срывая процесс.