Теперь Беренисе почему-то реже стала появляться в их доме. Краем уха Патрисиа слышала о том, что вернулся её муж, что у неё какие-то крупные неприятности с ним, что она затеяла бракоразводный процесс, но всё это прошло как-то мимо Патрисии, ведь она была занята совершенно другим.
– Неужели Аржемиро опять ходил к Фелипе? – испугалась Беренисе, увидев Патрисию.
– Нет. Я хотела поговорить о Витории, – сказала девушка.
– А! Да, конечно… Как она там?
– Она больна, Беренисе. Ей очень плохо. Она не встаёт с постели…
– Неужели всё так ужасно?
– Хуже, чем ты думаешь. Ей больше не хочется жить.
– Да… – грустно сказала Беренисе. – Но теперь, Патрисиа, вся эта история кончена. Мне только что звонила Жижи. Она напишет письмо Изадоре от имени Мими, от моего и от своего имени…
– Вы все думаете об Изадоре! – возмутилась Патрисиа. – И совсем забыли о Витории! Разреши мне поговорить с Эдуардо. Я хочу, чтобы он открылся Витории.
– Хорошо-хорошо, – поспешно согласилась Беренисе. – Только боюсь, что ты от него ничего не добьёшься…
– Я попытаюсь.
– Ты хочешь, чтобы он вернулся к ней?
– Да!
– Но он, Патрисиа, влюблён в тебя, а не в Виторию.
– Но мне можно хотя бы попробовать?
– Конечно, можно. Только это будет нелегко.
– Где он живёт? – решительно встала девушка.
– Ты хочешь пойти к нему прямо сейчас?
– Да, сейчас.
– Хорошо, пошли, это не так далеко.
В доме Доки Патрисиа понравилась всем, особенно Элзе.
– Боже мой! Какая милая девушка! Прямо картинка. Очень напоминает меня в молодости! – сказала бабушка, когда молодые отправились гулять.
– Это в неё влюбился Дока? – спросила Роза Беренисе.
– Да. И она не только мила. Она просто золотая девушка, – сказала Беренисе восхищённо.
Дока был задумчив и немного рассеян. Он не сразу отвечал на вопросы Патрисии, чувствовалось, что и он подавлен происшедшим.
– Значит, вот где ты живёшь, – сказала Патрисиа.
– Что? А, да… И ты давно знаешь правду обо мне? То есть, с каких пор тебе известно, что Коста Браво нет на свете?
– Уже порядочно.
– Ты, наверно, здорово посмеялась надо мной…
– Я смеялась только над тем, как все поверили в эту историю…
– Что, какую историю? А… – Дока думал о чём-то своём.
– А над тобой я не смеялась. Ты мне очень нравишься.
– Да-да, – сказал Дока, очевидно, не услышав признания девушки.
– Тебе известно, что Виториа может умереть? – остановилась Патрисиа.
Доку словно ударили.
– Что?! В каком смысле?
– Она не встаёт с постели. Ничего не ест. Не спит. Она постоянно плачет, – жёстко бросала Патрисиа в лицо Доке.
– В самом деле? – Дока сглотнул комок, застрявший в горле.
– Да. Виториа осталась одна, понимаешь, совсем одна! Только Марко как-то старается ей помочь…
– Какая беда, – сказал Дока, опустив голову. – Только теперь уже поздно что-либо исправлять, Патрисиа. Мими отправит письмо, из которого Виториа узнает всю правду и…
– И ей будет ещё хуже! – воскликнула Патрисиа.
– Но что я могу сделать? Игра закончена. Так решили Жижи и Толедо. Моей вины здесь нет…
– А если она умрёт? Ты тоже скажешь, что не виноват?!
Дока сокрушённо качал головой:
– Поздно, Патрисиа, я уже ничем не могу помочь ей…
– Глупости! – Патрисиа встряхнула Доку за плечи. – Вернись к Витории и расскажи ей обо всём! Так будет куда порядочнее! Неужели у тебя нет ни капли жалости?
– Не знаю, не знаю, Патрисиа, – слабо говорил Дока, – я ничего не знаю…
Так она и не добилась от него никакого вразумительного ответа. Но Патрисиа чувствовала, что разговор этот был необходим, что в душе Доки что-то тронулось…
А начался этот день замечательно.
К ним в приёмную вошёл Андре.
Всё-таки Фернанда была неравнодушна к этому мягкому, милому и доброму человеку. Да, обида её не проходила, да, она в душе презирала его за слабость и недальновидность, любому было ясно, что Изадора просто играет с ним в любовь, что брак его будет несчастным, что он горько пожалеет потом, но Фернанда ничего не могла с собой поделать – Андре нравился ей. При его появлении она вся подтягивалась, её бросало в жар, она чувствовала себя в чём-то виноватой перед ним.
– А разве ты ещё не учишься? – спросил Андре.
– Занятия начнутся только со следующей недели.
– А как дела дома?
– Так себе. Отец никак не может найти работу.
– И ты всё несёшь на своих плечах? – ласково улыбнулся Андре.
– Да, и уже немного устаю, – призналась Фернанда.
– Ну, не горюй, всё поправится, – сказал Андре.
В этот момент Бианка позвала его, и он вошёл в кабинет Рикардо.
Казалось бы, обыкновенный разговор. Но сколько тепла и заботы почувствовала Фернанда.
– Как он смотрел на тебя! – сказала Бианка.
– Не говори глупостей, – отмахнулась Фернанда, хотя и сама заметила, что Андре смотрел на неё с грустью.
– Нет-нет, с тех пор как он женился, он смотрит на тебя как-то по-особенному, – сказала Бианка.
– Как по-особенному?
– Он изо всех сил старается показать, как ему с тобой хорошо.
– Но женился он на Изадоре, – обиженно заметила Фернанда.
– У тебя одно утешение – тебя обскакала красивая женщина! Куда хуже было бы, если бы он предпочёл какую-нибудь глупую дурнушку.
– Мне от этого почему-то не легче.
