— Моё мнение неизменно. — Тоном Такета можно было птиц на лету замораживать.
— Ты такой жестокий, — прошептала я, когда Эронд, поклонившись, отошёл к другим гостям. — Он же не нарочно! Все совершают ошибки.
— Я не готов платить за чужие ошибки жизнями дорогих мне людей, — процедил иха, и у меня не нашлось, что ответить.
— Иха Малт Орьил! — объявил слуга.
Я вздрогнула и посмотрела на одного из старейшин клана своего мужа. Мельком отметила, что Такет был прав — рисунок был похож на Малта. Но в лесу был другой человек. Он иначе держался, жестикуляция более резкая и менее величественная. Взгляд иной…
Я покосилась на мужа и снова покачала головой. Пробормотала себе под нос:
— Мне и до этого не верилось, что этот иха замешан в похищении собственного внука.
Такет подозревал даже родственников и друзей, и я вдруг подумала, что человек рядом со мной невероятно одинок. Поэтому так холоден со всеми и отстранён. Не желает впускать кого-то в своё сердце, чтобы не страдать после очередного предательства. Он постоянно ждёт удара в спину, ведь даже отец сделал это. У меня ком подкатил к горлу. Захотелось заполнить чёрную дыру в сердце этого красивого, но несчастного мужчины.
Но я не могла этого сделать.
Я лишь фиктивная жена. Женщина, которая получила временный статус хали только для того, чтобы помочь отыскать предателя. Вот на этом и стоило сосредоточиться. А потом разузнать, когда прибудут земляне, и улучить минутку для разговора с начальником станции.
Я придерживалась этого плана, но ни один из пунктов не увенчался успехом.
Как ни старалась, заметить среди гостей похитителя не удавалось. Старейшины самых разных кланов подходили к нам и витиевато поздравляли с браком. Слаб был их клан или же процветал, становилось понятно не только по одежде и украшениям. У бедняков был неприятно заискивающий вид, а богачи держались с сыном короля на равных.
Когда вереница поздравляющих растаяла, от усталости я уже едва стояла на ногах. И при мысли о предстоящих танцах начинало подташнивать. Такет заботливо поддержал меня.
— Ты в порядке?
Я с трудом подняла взгляд.
— Бывало и лучше.
На миг он поджал губы, а затем быстро проговорил:
— Сегодня важный день. Король приказал явиться старейшинам всех родов. Каждый, кто не приедет на бал, будет считаться предателем. Тот иха точно в зале, даже если он не осмелился предстать перед нами. И второго шанса поймать его не представится.
— Да-да, я всё понимаю, — прошептала и похлопала себя по щекам. — Дай мне минутку! Я возьму себя в руки и…
— Не поможет, — оборвал Такет. — Прости, но мне придётся это сделать.
Притянув меня к себе, накрыл мои губы своими. Поцелуй обжёг так, что зашумело в ушах, а по венам прокатился огонь.
Я застыла, будто заворожённая. Даже дышать перестала, прислушиваясь к себе.
Поразительно…
Это совершенно не походило на то, что происходило раньше. На церемонии Брачной Печати меня ошпарило вымораживающим холодом. Да и после, когда Такет усиливал метку, ощущения были иные. Но суть одна — боль! Она постепенно стихала, но всё равно мучила меня, когда иха прикасался губами к моим.
А сейчас это было как взрыв. Я словно превратилась в сверхновую звезду — наполнилась невероятной силой, свежей энергией и родилась заново. Казалось, теперь я смогу всё: протанцевать всю ночь, без посторонней помощи отыскать злобного похитителя, надавать пощёчин вредному Луину и — что уж мелочиться — взлететь над облаками!
Умом я понимала, что это ложная уверенность, которую внушила потрясающая эйфория поцелуя иха. Но душа пела, эмоции переполняли и грозили вылиться через край. А в груди росло и крепло невероятное ощущение безграничного счастья.
Когда Такет неторопливо отстранился, я посмотрела широко распахнутыми глазами в его, удивительно изумрудные, и ошеломлённо прошептала:
— Вот это да!
А шум вокруг нарастал. Нам хлопали, подбадривали криком, и в общем очень походило на земную традицию «горько». Только без застолья… Впрочем, заметив снующих среди гостей слуг с наполненными кубками в руках, я усмехнулась. А затем обрадовалась, узнав раскрасневшуюся от удовольствия Терениту. Казалось, девушка была очень горда присутствовать на балу.
Поймав мой взгляд, она предложила мне освежиться, но я отказалась. Я никогда не чувствовала себя настолько замечательно, как после последнего поцелуя Такета. Будто иха поделился со мной энергией…
Иллар громко объявил первый танец, и тут же зазвучала музыка, а ко мне со всех сторон бросились молодые люди. Они мгновенно окружили нас плотным кольцом, и от их жадных взглядов у меня по телу прокатилась волна колких мурашек.
Я машинально прижалась к мужу.
— Почему они на меня так смотрят?
На что Такет иронично заметил:
— Не бойся. Это обычная традиция. Считается, что первый танец с хали принесёт иха, который ещё не обрёл свою пару, истинную любовь.
Я растерянно моргнула:
— Разве не муж с женой должны открывать бал? Хм… Значит, это белый танец? Я должна выбрать, так сказать, жертву… счастливчика?
