Не успел Лондон прийти в себя от мраморной Элисон, как во дворе Королевской академии была установлена еще одна беременная — бронзовая, в два раза большего размера. Интересно наблюдать за реакцией тех, кто впервые разглядывал сей шедевр. С одной стороны статуя — прекрасная молодая женщина на сносях, с другой стороны — череп и мертвое тело с содранной кожей, распоротым животом, в котором находится плод. Или тут маньяк скальпелем поработал, или пагалогоанагом.
Автор этой «Девственницы-матери» — Дамиан Хёрст. Сын механика, в двенадцать лет сбежавший из дома. Сейчас на него, как на какого-нибудь гения эпохи Возрождения, работает 75 подмастерьев, а начинал он трудно, в одиночку, стоя в сапогах в растворе формалина. Славу ему принесли «маринады», как он сам их называет — законсервированные в прозрачных емкостях трупы животных.
Всем этим «маринадам» даются философские названия — вроде «Мать и дитя разлучены» (мертвая корова с теленком), «Спокойствие уединенности» (труп овцы с воткнутым в ногу шприцем, сидит на унитазе), «Тысяча лет» (череп с червяками, которые превращаются в мух). По словам самого Хёрста, его искусство посвящено «жизни, смерти и всякому такому».
Консервированная смерть вызывает отвращение, поэтому американцы запрещали выставки — из опасения, что особо чувствительных посетителей стошнит прямо в зале.
Тошнит немногих. Реакция большинства — шок и неодобрение. Люди требуют немедленно убрать безобразные экспонаты. Вокруг выставки неизбежно начинаются разговоры, публикуются иллюстрации, выходят статьи. На это возмущение публики и делается расчет. Хёрст приобрел известность и деньги, эксплуатируя подобную реакцию зрителей.
В отличие от полоумных миллиардеров, готовых купить его работы, сам художник и его покровители, владельцы галерей, — трезвомыслящие люди. Несмотря на тошнотворность своих работ, Хёрст давно вовлечен в ресторанный бизнес. Раньше он владел «Фармацией» в Ноттинг Хилле, сейчас у него имеется рыбный ресторанчик.
В мире искусства теперь можно преуспеть, абсолютно не имея таланта. Достаточно быть хорошим антрепренером и дельцом. Великому английскому художнику Джону Констеблу, жившему двести лет назад, пришлось бы сотворить нечто скандальное, чтобы достичь успеха сегодня. Например, привезти стог сена на телеге с лошадью и вывалить прямо в выставочном зале. Иначе на его волшебные сельские пейзажи никто бы и внимания не обратил…
Провокации на фоне классики.
В зале номер 4, среди памятников Древнего Египта, неподалеку от легендарного Розеттского камня, на две пики насажены кучки то ли рваных тряпок, то ли перепутанного с листьями уличного мусора. Подсвеченные определенным образом, они создают на стене силуэты обращенных друг к другу голов, мужской и женской. Композиция под названием «Темные материи», Dark Stuff, создана знаменитой художественной парой — Тимом Ноблом и Сью Вебстер.
Некоторые посетители сосредоточенно замирают перед ней, но большинство быстро отходит в сторону.
— И они еще жалуются, что экономика летит к черту, — заметил один мужчина.
Я подошла поближе — разглядеть загадочный материал. Там оказались дохлые мыши, ворона, крыса (а может, белка с облезшим хвостом), оплетенные трупиками более мелких существ. Опознать всех у меня не хватило духу. Шедевр пованивал.
Я продолжила прогулку по музею, пытаясь отвлечься на постоянную экспозицию. Мое душевное равновесие было утрачено, в голове крутились совсем не философские вопросы. Интересно, работали ли художники в масках? Взял ли Тим на себя непростую задачу аранжировки, или сама Сью мужественно скрепляла «материал»?
Они почти пятнадцать лет вызывали фурор своими фирменными силуэтами, работая с мусором, банкнотами, муляжами фаллосов. Их произведения продавались на аукционах за шестизначные суммы. Когда любопытство публики притупилось, вдело пошли дохлые зверьки.
Но кураторы выставки Statuephilia, которая проходит в Британском музее, учат посетителей шире смотреть на вещи. «„Темные материи“ являются частью трилогии, навеянной египетской коллекцией музея, — объясняют они. — В частности обычаем древних египтян мумифицировать животных Две другие композиции собраны из чучел и костей. Все вместе они проверяют наше отношение к жизни и смерти, красоте и уродству».
Кроме «Темных материй» Нобла и Вебстер в Британском музее представлены работы еще четырех, не менее скандально известных художников. Организаторы разместили их в разных залах, подобрав древний антураж для каждой. «Ангел» Энтони Гормли с крыльями, как у самолета, встречает посетителей у входа. Во время поездок на север Англии я не раз видела его большого собрата, доминирующего над идиллическим пейзажем в районе Гейтсхеда.
