— Ты обо мне информацию собирала?
— Нет, — смеюсь заливисто, — я иногда была свидетелем вашего разговора с Яном по телефону.
Улыбается.
— Не особо, — вздыхает. — Он считает, что может спустя двадцать три года заявиться и стать отцом, которого я буду уважать и слушать. Сейчас он пытается меня продавить на слияние фирм, чтобы я стал во главе всего холдинга.
— Почему ты не хочешь этого? Это большие возможности для тебя.
— Они мне не нужны. Во-первых, я не хочу окончательно переезжать в Америку, мой дом здесь. Не знаю, что должно случиться, чтобы я на это согласился. Во-вторых, я с института работал днями и ночами, чтобы обеспечить нам с мамой достойную жизнь и открыть свою фирму.
— Ты молодец. Из всех вас ты один смог всего добиться сам с нуля, — прижимаюсь к его руке. — Это ребята так на тебя повлияли?
Эрик от моего вопроса каменеет и меняется в лице.
— Нет, — отвечает с каким-то презрением.
Я так и не осмеливаюсь спросить, что именно повлияло на перемены в его жизни.
Не думаю, что он сейчас возьмёт и обнажит свою душу передо мной.
Всё остальное время, пока гуляли по берегу, Эрик о чём-то думал и периодически сжимал мою ладонь сильнее.
Забираем свою обувь и босиком идём обратно в гостиницу. В лобби отеля встречаем коллег Эрика.
— Эрик, — окликает нас мужчина лет пятидесяти.
— Игорь Анатольевич, здравствуйте, — обмениваются рукопожатиями. — Это Ангелина Янковская, переводчик, завтра нам поможет с китайскими представителями, — представляет меня Эрик.
А мне его слова как кинжал в сердце — «переводчик».
— Здравствуйте, — натягиваю улыбку.
— У тебя отменный вкус, — улыбается Игорь Анатольевич, — даже переводчики самые красивые. — Завтра в восемь жду тебя на завтрак. Нужно обсудить нюансы, — хлопает Эрика по плечу.
— Хорошо.
Разворачиваемся и идём в сторону лифта. Зайдя в лифт, Игорь Анатольевич, нажимает на двадцать четвертый этаж.
— Ты на каком этаже разместился?
— Двадцать пятый, — отвечает Эрик и нажимает на нужный этаж.
— А ваш номер на каком этаже? — растягивается в улыбке.
— Двадцать пятый, — опережает меня Эрик с ответом.
— Да, — приподнимает брови, — интересно будет, — смеётся.
А мне тошно становится от его слов.
Что интересного и смешного?
Лифт останавливается, и Игорь Анатольевич, попрощавшись, выходит.
Мы молча доходим до нашего номера, и Эрик идёт в душ.
Раскрыв наши чемоданы, начинаю их разбирать и все вещи развешивать в шкафу.
Слышу, как вибрирует телефон на тумбочке и поворачиваю голову.
Наверное, Ян. Забыла ему написать, что долетели и всё хорошо.
В глаза бросается загоревший экран телефона и сообщение от абонента Настя. Глаза сами начинают читать текст: «Я уже заселилась, номер 2453. Я соскучилась».
По телу пробегает жгучая волна ревности.
Кто она? Почему здесь и пишет ему? Не мог же он взять меня сюда и ещё свою любовницу?
Слышу, как хлопает дверь, беру свою сорочку и иду в ванную.
Эрик на ходу меня перехватывает и притягивает к себе.
— Я думал, ты присоединишься.
— Я вещи наши разбирала.
— Да, — удивляется он, — спасибо, и целует в щёку. — Жду тебя в постели, — выпускает из объятий.
Пока принимала душ, отгоняла от себя дурацкие мысли и убеждала себя, что он не мог позвать сюда свою любовницу.
Усмехаюсь.
Блин.
Ладно, самое главное — он здесь и со мной.
Выхожу из ванной в одном полотенце.
Не стала надевать на себя сорочку — всё равно снимет с меня.
Улыбаюсь.
Поднимаю свой взгляд, и улыбка исчезает в миг.
Эрик стоит, одетый в джинсы и футболку, и что-то читает в телефоне.
— Мне надо уйти, — говорит он, поднимая на меня взгляд, — ложись и не жди меня.
Хлопок двери разбивает все надежды и моё сердце на мелкие осколки, которые осыпаются к моим ногам.
И я, как истинная мазохистка, ступаю по ним босыми ногами.
Просыпаюсь от того, что Лина пытается выбраться из моих объятий. Крепче притягиваю её, давая понять, что не отпущу, и, коснувшись её соска большим пальцем, ощущаю, как он мгновенно затвердевает.
— Мне нужно в туалет, — говорит она осипшим голосом.
Целую её в шею и отпускаю.
Переворачиваюсь на спину, складываю руки за головой, наблюдаю, как она поднимается, собирает волосы в хвост, отчего ночная сорочка приподнимается, обнажая её ягодицы. В паху становится тесно. Она подходит к шкафу, где забирает одежду и косметику, и скрывается в ванной.
Красивая и только моя.
Улыбаюсь.
Щелчок.
Не понял.
Резко поднимаюсь на кровати и смотрю на дверь ванной.
Что за выкрутасы?
Вернувшись под утро, нашёл Лину спящей, свернувшейся комочком на диване. Взял её на руки и перетащил на кровать. Уложив её к себе на грудь, ощутил в душе давно забытое чувство умиротворения.
Она ждала меня. Волновалась.
Но сейчас я понимаю, что ошибался.
Бросив взгляд на часы, встаю с кровати, надеваю спортивные брюки и выхожу на балкон. Высота и стеклянная конструкция создают ощущение полёта над морем и чувство свободы. Вдыхаю свежесть морского воздуха, и тут же возникает непреодолимое желание оставить все дела и пойти искупаться.
Но, увы, через час у меня завтрак с Игорем Анатольевичем.
Слышу, как Лина выходит из ванной, оборачиваюсь и иду к ней.
