Ничего не отвечаю, но разговор в машине настолько меня выбил из равновесия, что только силой воли сдерживаю слезы.
- Эх, Женечка, нет в тебе женской хитрости. Ты все пытаешься ему объяснить правильно и грамотно. А мужикам это не нужно. Их можно утихомирить или если соглашаться с ними во всем, или зеркальным рыком. Первым лучше не пользоваться. Романа это бесит.
Галина Сергеевна говорит, а в моей голове мысль: «Как же мне ужасно не хватает адекватной разумности Шаха…»
К Якову не нужно было искать кривой подход. Объяснил аргументировано в системе нормальных человеческих координат.
Он или принял, или отверг.
И никакого ковыряния мозга и жесткого морального прессинга и продавливания.
Сначала я очень редко вспоминала про Якова.
Ну, если быть честной, гнала от себя мысли о нем.
Сейчас, немного устав от энергетики и давления Зорина, мне прямо хочется поехать к Шаху и просто сыграть с ним шахматы.
Потому как с Зориным можно только рубиться в танчики или в Чапаева.
- Жень, если рычать тоже не твое, - слышу сквозь мысли голос свекрови, - то бей посуду.
- В смысле бей посуду? - выдыхаю, не скрывая удивления. - И зачем бить посуду?
- Только так можно отогнать или усмирить зверя. Мне бабушка так говорила. Они в Сибири на хуторе жили. И дед был тоже еще тем медведем. Когда он рычать начинал, она всегда кидала посуду на пол, - хохочет свекровь. - Я, кстати, так же делаю, если Димка из берегов выходит.
- И часто такое бывает, Галина Сергеевна?
- Сейчас, после инфаркта редко. А раньше только успевала сервизы покупать. Ромка в отца - ревнивый и вспыльчивый. Одна радость руки не распускают и не орут.
Да, что есть, то есть, но легче от этого мне не становится, потому как подстраиваться под таких Зориных, а тем более управлять ими очень сложно.
На фоне множащихся в геометрической прогрессии недовольств и обид, приобретающих затяжной характер, я все больше начинаю думать о Шахе.
Тем более, что он тоже не забывает о себе напоминать.
Первый наш тихий семейный скандал разгорелся из-за красной бархатной коробочки.
Ее мне с визиткой Шаха доставил курьер вечером на следующий день после нашего возвращения из медового месяца.
Презент получил Роман. И возгорелось пламя!
Его с рыком мотало, как на тарзанке.
Сначала мне было велено вернуть коробочку обратно. Но…
После Зорин просто взял и швырнул футляр вместе с визиткой с двадцать седьмого этажа пентхауса.
О ее содержимом я узнала на благотворительном мероприятии, куда мы должны были приехать вместе с Романом. Но…
Самолет его задержался, и он зашел в зал тогда, когда мы вежливо беседовали с Шахом.
