Моя мятежница полностью

– Нужно заказать еды, – говорю я, кивая подбородком на меню на прикроватном столике. – Я слишком нервничала, чтобы есть, так что приняла пенную ванну для успокоения.

Его штормовой взгляд на мгновение отрывается от моего, чтобы оценить пушистый белый гостиничный халат, который я все еще не сменила.

– Помогло?

– К сожалению, нет. Я все еще на взводе, как и всегда. – Я потуже затягиваю пояс махрового халата, смущенно глядя на гостиничные тапочки на своих ногах. Если бы я знала, что он так скоро придет, оделась бы поприличнее.

Но когда я снова поднимаю взгляд на Холта, он не смеется над моим внешним видом, как я ожидала. На лбу пролегает неглубокая складка. Он изучает меня так пристально, что, будь это кто-то другой, я бы сочла это неприятным, но в том, что Холт смотрит на меня, словно на головоломку, которую силится разгадать, есть нечто успокаивающее.

– И поэтому ты написала мне? – наконец спрашивает он, приподнимая бровь. – Помочь снять напряжение?

Его фраза вызывает легкое электрическое покалывание от груди к кончикам пальцев.

У меня на уме есть один очень эффективный способ, которым он мог бы помочь мне снять напряжение, метод, который, я уверена, одобрила бы Гретхен. Еще раз, как она это сформулировала? Я должна «выбросить его из головы» или что-то в этом роде.

Как бы то ни было, пригласила я его не для этого. На самом деле, это вообще не вариант. Ни сегодня, ни когда-то еще. Мне нужно навсегда исключить эту возможность.

– Мне просто нужно обсудить кое-что, – говорю я, складывая руки на груди. – Но давай сначала закажем еду. И, может быть, бокал вина.

«Да, определенно вино», – решаю я в этот момент. Хотя я редко пью в рабочие дни, сегодня сделаю исключение.

Быстро кивнув, Холт садится на край кровати и берет меню ресторана отеля, зачитывая вслух варианты: бургеры, салаты – типичная гостиничная еда. Я останавливаюсь на клубном сэндвиче, и он делает заказ, добавляя для себя бизон-бургер и бутылку Rosé.

– Да благословит господь обслуживание в номерах, – бормочу я.

Несмотря на мое инстинктивное желание сесть на кровать рядом с ним, я выбираю кремовый плюшевый диван в другом конце комнаты. Скрещиваю ноги в лодыжках, сосредоточившись на том, чтобы держать колени плотно сжатыми. Это единственный способ отвлечься от этих гипнотизирующих серых глаз.

– Итак, – спокойно произносит Холт, упираясь локтями в колени и наклоняясь ко мне. Ту же самую позу принимает тренер Уайлдер, когда разговаривает с игроками в раздевалке. – Из-за чего ты так переживаешь?

Я тереблю пояс халата, избегая зрительного контакта.

– «Из-за всего» – приемлемый ответ? Просто дико волнуюсь за команду.

Даже не поднимая глаз, я чувствую на себе теплый взгляд Холта, пока он терпеливо ждет, когда я продолжу.

Ладно. Поехали.

– Аспен предоставила мне полную картину, пока мы летели сюда, – выговариваю я, поднимаясь на ноги и начиная расхаживать взад-вперед. – В блогах пишут, мол, вчерашняя победа была случайностью, скорее признаком того, что команде соперников нужно поработать. Они по косточкам разобрали нашу линию атаки, настаивая на том, будто мы обречены, и, господь свидетель, именно я буду виновата в том, что сезон мы проиграем.

– Это не только твоя ответственность, – убеждает меня он, но я настолько погружена в спираль своей депрессии, что не замечаю его комментарий.

– Что, если я не справлюсь? Что, если подведу деда, семью, всех? Что, если я уничтожу франшизу «Титанов» так, что она не будет стоить ничего, и мне придется уйти, поджав хвост?

Я замедляюсь, затем вообще останавливаюсь, тяжело вздыхая и заставляя свое встревоженно бьющееся сердце вернуться в норму. Это было… больше, чем я планировала сказать. Восстановив дыхание, я поворачиваюсь к Холту, который пристально рассматривает свои мозолистые ладони, медленно кивая, обдумывая мой словесный понос.

Расстроенная, я вздыхаю.

– Скажи что-нибудь.

Он встречается со мной взглядом, и на лице у него появляется выражение, похожее на радость, словно его внезапно осенило. Наконец, он отвечает:

– У меня есть идея. Жди тут.

Прежде чем я успеваю сказать еще хоть слово, он вскакивает с кровати и идет к двери, при этом блокируя замок, чтобы тот не защелкнулся за ним. И исчезает так же быстро, как и появился.

Сердце у меня сжимается.

«Что случилось? Моя откровенность спугнула его?»

Едва я воображаю себе полный каталог худших предположений, он вновь появляется в дверях, держа зачитанную книгу в мягкой обложке.

– Это что?

– Мне дал ее мой психотерапевт, – говорит Холт, вертя книжицу в руках. – «Фаворит». Она считала, мне поможет, если я прочту ее.

– Ты прочитал?

Он пожимает плечами.

– Отчасти.

– Помогло?

– Не знаю. Эта книга о парнях, которые объединились, чтобы превратить одну лошадь, – ее звали Фаворит, она была аутсайдером, и никто не думал, что она сможет победить – в чемпиона.

– Я знакома с сюжетом, – отвечаю я, вспоминая, как много лет назад смотрела одноименный фильм. – Но почему твой терапевт порекомендовал эту книгу?