Периодически, все еще дрожа от страха, я слышала, как распахиваются от пинка двери других комнат. Хотя леденящее чувство ужаса все еще мучило в своих тисках, увидев Максима оно было готово испариться. Хотелось кричать, чтобы он быстрее вернулся!
Максима не было десять минут. Убедившись, что в доме никого нет, он поспешил к Соне.
Когда он появился в проеме, она громко зарыдала. Максим направил пистолет на наручники, и механизм разлетелся. Соня высвободила руки и порывисто обхватила его плечи, впиваясь ногтями в каменную спину. Мужчина поднял на руки дрожащее существо.
— Тихо, тихо, Сонь. Кто тебя сюда привез?
Соня не отвечала. Пережитый страх выливался в криках, слезах и всхлипах. Она ни о чем не думала, только очень сильно прижималась к мужчине и рыдала. Максим был в растерянности, они сели на кровать.
Не сама же она пробралась к нему в дом и заковала себя. У него серьезная охрана, кто ее сюда принес и зачем? Его напрягали эти вопросы.
— С тобой что-то сделали? — спросил он серьезно.
Она замотала головой. Он хотел встать и принести воды, но Соня потянулась за ним и жадно обхватила за талию. Максим был вынужден остаться. Он поудобнее сел у изголовья кровати, и гладил по волосам прижимавшуюся к его торсу перепуганную девушку. Верх заботы с его стороны.
— Все в порядке, хватит реветь. Я рядом, а значит тебя больше никто не тронет, — как ребенку объяснил он неразумность ее поведения.
Хотя ему даже понравилось чувствовать себя сильным, защитником рядом со слабой женщиной. Он не играл этой роли даже для матери. Вечный подонок, дрянь, хам и жестокий ублюдок — это все с детства, где мальчик из богатой семьи не знал ни ограничений, ни любви, вырастая в сволочь даже для друзей и родных.
Постепенно Максим расслабился, и перестал нетерпеливо ждать, когда она от него отцепиться.
Соня чувствуя это успокаивалась. Она разлепила веки и перестала сильно плакать. А также смогла говорить.
— Меня затолкали в машину. Я просто шла домой. А потом очнулась здесь, — шептала она ему прерывистым подрагивающим голосом. — Я никого не видела. Я подумала, что это те люди, которые вымогали у меня деньги, — здесь ее пальцы сильно сжались на его теле.
— Нет. Это точно не они, с ними предельно хорошо поговорили, — сказал мужчина решительно.
— Зачем кому-то это нужно? Я не сделала ничего плохого! Зачем похищать меня?!
Она говорила это слегка безумно, Максим даже напрягся.
— Когда узнаем кто, тогда узнаем зачем. Постарайся успокоиться.
Максим размышлял над версией, что кто-то из его врагов узнал про их связь, и захотел предупредить или напугать его таким образом. Для этого нужно было обойти систему охраны, что было крайне сложно, но для особых людей возможно. Мужчина всегда прекрасно понимал, что любая система несовершенна, поэтому в нескольких тайниках его дома находилось оружие.
— Сегодня так и быть останешься у меня, — сказал он мимоходом девушке. — Вернешься, когда я найду того, кто вздумал со мной играть. А до тех пор тебе одной небезопасно. Если кто-то насколько хорошо знает о наших отношениях, то он знает где ты живешь, учишься и кто твои друзья. Но я пиздец, какая-то тварь решилась это, мне даже в башку такое не укладывается.
Соня было слишком страшно теперь продолжать вести свою обычную жизнь. Когда она пришла в себя, Максим набрал ей ванную, а сам пошел разбираться была ли взломана охрана дома.
Соня час сидела в широкой ванной комнате, где была уже в третий раз, и старалась ни о чем не думать. Но как только она прикрывала глаза, то вспоминала ужас момента похищения. Ее била дрожь, а глаза неминуемо распахивались.
Максим иногда проходил мимо. Когда девушка слышала его приближающиеся шаги, то замирала. Но стоило мужчине заговорить с ней или по телефону, она успокаивалась и продолжала смотреть в стену или на свои ноги.
Он тем временем позвонил в службу охраны, где сказали, что все с системой в порядке. Дистанционно, никаких следов взлома они не обнаружили, так что мужчина потребовал к нему приехать. Помимо этого, он вызвал несколько телохранителей, которые обычно сопровождали его на публичные мероприятия.
Пришло время вернуть охрану в свою жизнь. А Макс это сильно не любил.
Также был совершен звонок ассистенту, для того чтобы тот составил и представил к завтрашнему дню список лиц, которые рискнули бы пойти на такое.
Пока приезжали все эти люди, Максим зашел в ванную и оперся о косяк.
— Здесь будет безопасно, можешь не переживать, — сказал он что-то, чтобы разбавить мрачное состояние девушки.
Она ничего не ответила и только понуро опустила голову. Он колебался, но все же рискнул и подошел. Мужская рука неуверенно легла на женскую голову и слегка провела по матушке.
— В любом случае это случилось в твоей жизни из-за знакомства со мной, — произнес он, смягчая привычную суровость тона. — Так что мне жаль.
Соня подняла круглые полные печали глаза, в которых вертелись совсем другие мысли — мысли о пережитом, о страхе. Он сглотнул, чувствуя, что должен как-то поддержать ее, помочь, но абсолютно бессильный в попытках это сделать.
