— Мы решили дать Мэрилин еще один выходной день, завтра, — твердо заявил Оливье. — Милтон говорит, что она расстроена отъездом Артура, так что пусть отдохнет и соберется с силами. Однако вот что интересно, — продолжал он мрачно, — она вообще когда-нибудь задает себе вопрос, почему стольким людям нужно отдохнуть от ее присутствия?
— Ты несправедлив, Ларри. Вероятно, это ей нужно от нас отдохнуть, — сказал Милтон.
Он никогда ни о ком не злословит, за исключением Полы, а о Мэрилин, разумеется, даже думать не смеет ничего плохого.
— Несомненно, дорогой, — усмехнулся Оливье. — Ну, будем считать, что она отдохнет и немного подучит слова.
Я с тревогой спрашивал себя, что Мэрилин все выходные будет делать одна в этом огромном доме. С ней будет только Пола.
Тут зазвонил телефон. Милтон машинально снял трубку. Он практически живет на телефоне, и, когда бы ни раздавался звонок, Милтон уверен, что звонят именно ему. И зачастую он оказывается прав.
— Милтон Грин. О, Роджер! Все в порядке? Чего тебе нужно?
Вдруг его лицо едва заметно сморщилось.
— Да. Он здесь.
Милтон посмотрел на меня.
— Это тебя.
— Меня?
Оливье готов был взорваться.
— Кто такой Роджер? Какого черта происходит?
Я взял трубку.
— Что случилось, Роджер?
— Колин, — голос Роджера звучал очень официально, — мисс Монро желает, чтобы ты заехал в Парксайд-Хаус сегодня вечером.
— Я? Почему я? С Мэрилин все в порядке?
В трубке послышался смех, а затем веселый голос произнес:
— Да, со мной все хорошо!
Если бы у Милтона была вставная челюсть, он бы ее проглотил. Как тренированный пес, он уловил безошибочные интонации голоса своей хозяйки, и на его лице застыла гримаса ужаса.
— Кто там, черт подери? — взревел Оливье, естественно, в ярости оттого, что его не посвящают в происходящее.
— Это Мэрилин, — прошептал Милтон.
— МЭРИЛИН?
— Монро.
— Да, я знаю, кто такая Мэрилин, господи боже!
Я услышал, как Мэрилин рассмеялась на другом конце провода.
— Но какого черта моя актриса звонит моему третьему помощнику режиссера в моей гримерной?
— Вот умница, — сказала Мэрилин. — Увидимся позже, Колин. Хорошо?
— Хорошо, мисс Монро. Как скажете.
Слава богу, она повесила трубку, и меня не уволили.
— Мисс Монро звонила сказать, что не приедет в студию завтра.
— Мы это и без нее знаем! — брызгая слюной, выкрикнул Оливье. — Но почему она говорит об этом тебе, а не мне?
— Ну, вы же посылали меня вчера в ее гримерную. Вот она и думает теперь, что я ваш посредник в таких вопросах.
— Хм-м-м... Ну, что еще она сказала?
— Ничего.
— Колин, я слышал, как она сказала что-то еще.
— Она услышала ваш голос — вы спрашивали, кто звонит.
Оливье уже забыл, как он только что кричал благим матом.
— Что она сказала? — настал черед Милтона спрашивать, и он говорил почти с мольбой в голосе. Одному Богу известно, почему он так боится Мэрилин. Лично мне она показалась очень славной.
— Она попросила меня передать ее слова сэру Лоуренсу. И все.
— О боже мой, Колин, ты должен быть очень осторожен с Мэрилин, — сказал Милтон. — Ее легко расстроить! С ней нельзя фамильярничать. — Он повернулся к Оливье. — Я не знаю, стоит ли Колину разговаривать с ней, Ларри. Он так молод, что легко может сесть в лужу. В любом случае она не в восторге от англичан.
Оливье поднял брови.
— Колин — стопроцентный англичанин, и он не понимает, как важно, чтобы Мэрилин думала, что мы все ее любим.
Милтон в своем беспокойстве напоминал какого-нибудь полоумного придворного Елизаветы I в то время, когда испанская армада была уже близко. «Отрубить ему голову», — сказал бы я на месте королевы.
Но Оливье понял, что к чему.
— Ты молодец, Колин, — сказал он. — Продолжай в том же духе и держи меня в курсе. Кстати, не мог бы ты принести нам еще немного виски? Вот умница.
Я поспешил выполнить его просьбу.
Было уже семь часов вечера, когда я наконец приехал в Парксайд-Хаус. По дороге я подвергся жесточайшему соблазну зайти в паб, но в итоге решил, что запах виски и идиотская ухмылка на лице только осложнят мое положение. Хорошему посреднику нужна ясная голова. Я припарковался на углу подъездной аллеи и вошел в дом через черный ход. Роджер с пресерьезным видом сидел на кухне.
— Мисс Монро просит тебя подождать в гостиной, — торжественно и мрачно произнес он и проводил меня. — Присядь пока.
Я посидел какое-то время, затем поднялся и прошелся по комнате, внимательно разглядывая каждую деталь. Французские окна выходили в сад, в котором все цвело. Цветы были также на обоях и занавесках.
Интересно, бывает ли здесь Мэрилин? Роджер говорил, что они с Артуром проводят большую часть времени наверху, а именно в спальне. Я видел ее, когда осматривал дом перед тем, как снять его. К спальне примыкала маленькая гостиная, где супруги могли поесть, когда хотели побыть вдвоем. «Вероятно, так было всегда», — подумал я. В конечном счете у них медовый месяц. Это все-таки что-то да значит, несмотря на то что их уже не назовешь юными. Но я не мог представить, о чем они говорили. Они казались мне настолько разными. «Противоположности притягиваются», — подумал я. А теперь Артур уехал в Париж без нее. Не слишком хороший знак.
