Обессиленная и счастливая, одной рукой укрываю его, а другой поглаживаю волосы на затылке. Любимый. Мой первый, единственный, родной. Моя горько-сладкая радость и печаль.
Глава 14. Откат
Я в ступоре. Смотрю в одну точку, прижимая ладони к мокрой серой плитке. Видела кровь на простыне, но быстро убежала в душ, где и обнаружила кровь на бедрах. Не страшно, только немного тянет низ живота и колотит. Мороз по коже не от прохладных капель, бьющих наотмашь по обнаженному, слабому телу, а от осознания, что я безвозвратно переступила черту. Я, восточная девушка из хороших семей, так носилась со своим целомудрием, так боялась подорвать доверие родителей и опозорить их, что потеря невинности с любимым человеком, но до брака, воспринимается мной как точка невозврата. Наверное, если бы мама с папой были живы, я бы никогда не пришла к Аслану сама, не позволила бы себя поцеловать и убежала бы сразу, как только он дал мне эту возможность.
Но нет…Моя сердце кричало, что он очень нужен мне. Мое тело рвалось к нему, как к магниту. Жалею ли я? Нет, нисколько. Мир не перестал существовать,никакой трагедии не случилось. Понимаю ли я, что это ненадолго и в июне его здесь уже не будет? Да. Слышала ли я, что для него это просто секс без обязательств и отношений? Конечно. Позволю ли я ему еще раз к себе прикоснуться, несмотря на все вводные, условия и его скорый отъезд? Ответ очевиден.
Потеряла счет времени и не понимаю, сколько уже стою в душе. А ведь ему тоже надо. Выключив воду, открываю дверцу и тут же ежусь от холода. Мокрыми ступнями ступаю по горячей плитке. В стильном стеллаже под темное дерево аккуратно, как в лучших отелях, сложены полотенца. Вытягиваю одно, кутаюсь в него и провожу по коже. Осматриваюсь: ванная у него, конечно,, шикарная, как впрочем, и вся квартира. Замечаю скрытый шкаф, открываю его и вижу два белых халата на вешалках. Ну точно гостиница. Скорее всего, к нему приходит домработница, поэтому такой идеальный порядок. Я не люблю надевать чужие вещи, но не появляться же перед ним в одном полотенце. Отбросив принципы и предубеждения, накидываю его на голое тело, запахиваю и перевязываю ремешок.
Выхожу из ванной и сразу попадаю в спальню. Замечаю, что он уже поменял простынь на кровати - постелил новую взамен испачканной моей кровью. На подвесном ночном столике лежит моя заколка, которую я бросила на кухне. Надо же, сходил, принес - как мило. Вытаскиваю из волос карандаш, которым закрепила свои кудри. Он у него валялся рядом с бумагами и ноутбуком на рабочем столе прямо в спальне. Снова собрав кудряшки. закручиваю их в жгут и цепляю крабиком, но непослушные пряди все равно выбиваются и падают на лицо.
-Тебе так идет, - слышу за спиной голос Аслана.
Повернувшись, получаю очередной солнечный удар до головокружения и тошноты. Передо мной стоит мужчина с голым торсом, идеальными кубиками, ну и прочими достоинствами, о которых умолчу. Их он предусмотрительно прикрыл полотенцем.
-А где ты успел? - задаю глупый вопрос и он, усмехнувшись, запускает пятерню в волосы и смахивает капли воды.
-У меня два душа, - взяв телефон со стола, подходит ко мне и смотрит сверху.
-Ах ну да конечно. Простите. Два душа - это же так в порядке вещей, - стебусь, положив руку на сердце, а он довольно хмыкает. - Классная квартира, кстати.
-Спасибо, - отзывается, отвлекшись на мобильный.
-Пожалуйста. Такая настоящая холостяцкая берлога.
Переводит на меня взгляд, сводит брови.
-И много ты видела холостяцких берлог?
-Много, - сглатываю и пристально смотрю на него. - В кино.
Снова играем в гляделки, но в голове я уже строю план побега. Надо срочно собрать свои вещи и уйти.
-Вот теперь мне правда пора, - тихо заявляю я.
-В городе из-за бури страшные пробки. Десять баллов из десяти. Как рассосутся, я сам тебя отвезу.
-Да я могу на такси. Не сахарная.
-Ты меня боишься? - бросает телефон на кровать. Как можно так обращаться с последним “Яблочком”! Да оно стоит доху*иард!
-Нет, - сжимаю пальцами лацкан халата, под которым ничего нет и взираю на него с опаской. Я не боюсь его, я боюсь себя рядом с ним.
Стоит об этом подумать, как он снова проделывает свою трюк, от которого у меня сейчас сердце разорвется. Большим пальцем Аслан касается нижней губы, поглаживает ее, проведя линию от одного уголка к другому. В его черных глазах отражаются молнии, он меня взглядом раздевает, а потом легонько надавливает на губу и отпускает, мазнув по подбородку.
-Как ты себя чувствуешь? Болит что-то? - его ладонь ложится на щеку, и мне так хочется потереться о нее, как кошечке. Но я себя останавливаю. А вот он нет, и мучительно-нежно гладит кожу.
-Не болит. Все хорошо. А ты?
Я так резко перешла с “вы” на “ты”, что самой непривычно и странно. Но мне это безумно нравится, словно я еще больше сократила расстояние между нами.
-Неплохо. Ты хорошо на меня влияешь, - одаривает меня своей дьявольской усмешкой.
-Обращайся, - язвлю я, мечтая, чтобы чары рассеялись и он меня расколдовал.
Он считывает смену моего настроение и хмурится.
