-Значит, ты все еще ее любишь, раз молчишь, - всхлипывает она.
-Это тебя не касается, - рычу на нее. - Не надо лезть не в свое дело. В мои ящики, в мою переписку, в мою жизнь. С чего ты взяла, что можешь это делать?
-Я…Я думала мы можем быть вместе.
-Мила, - сжимаю пальцами переносицу. - Напомните тебе твои же слова? Ну что ты молчишь? Ты сейчас делаешь из меня монстра, но я помню, как ты сказала, что была замужем и больше туда не хочешь. Так ты говорила или нет? Тебя все устраивало!
-Какой же ты жестокий! - срывается на крик. -Тебе нужно было только одно. Чем ты отличаешься от других потребителей, Аслан? Или ты хотел трахать меня в Дубае, а эту маленькую шлюху здесь?
Меня передергивает от последних слов. Настолько сильно, что я хватаю ее за запястья и сильно сжимаю их.
-Мне больно. Что ты делаешь, Аслан?
-Никогда не смей так называть девочку, - чеканю каждое слово, стиснув зубы до скрежета.
-Девочку? - истерично вопит Милена. - Это она-то девочка? Мелкая сука, которая раздвинула ноги перед взрослым дядей? Ты теперь мне за всех своих шалав будешь предъявлять? Отпусти меня! Мне больно! Отпусти!
Резко ослабляю хватку и смотрю на нее на этот раз трезво - пелена спала, весь ее лоска мигом сошел.
-Пошла вон, - гневно рычу.
-Что ты сказал?
-Уходи. Просто уйди и не доводи до греха.
Несмотря на требование, Милена все еще стоит и трясется от рыданий. Знаю, что она возненавидит меня, но мне все равно. Плевать. Пора прекращать этот балаган, в который я сам себя загнал.
-Я жду, Мила.
-Ты пожалеешь, Аслан, - подходит ближе и тычет пальцем в грудь. - Ты очень об этом пожалеешь. Но когда ты придешь ко мне, я уже тебя не приму.
-Хорошо, я понял, - киваю безучастно. - Теперь можешь идти.
Развернувшись, Мила ударяет меня волосами по лицу, поднимает сумку с пола и демонстративно идет к выходу и хлопает дверью наа прощание. Мое второе расставание за несколько дней и такое другое. Сейчас я не чувствую ничего, кроме раздражения. А тогда, с ней…не мог и не хотел отпускать.
***
Я вернулся в Дубай месяц назад и сразу же взялся за работу. Жизнь в Алматы и более или менее свободный график меня расслабил, поэтому я был рад, что теперь все будет, как раньше. Потянулись обычные серые жаркие будни, которые я загружал по максимуму делами. Работа, спорт, а именно бокс, редкие встречи с местными друзьями. Я снова чувствовал себя в своей тарелке, но внутри все равно что-то сломалось. И вскоре после приезда я с удивлением и странной тяжестью на сердце заметил перемены в себе. Поначалу они были едва уловимы, но я еще не знал, что пройдет время и моя жизнь перевернется с ног на голову.
А пока…Пока я получил на почту сообщение от некой Камиллы - редактора “Пятого канала”. Я и забыл, что дал Ираде свою электронку и попросил прислать мне смонтированную программу. И вот та самая Камилла написала мне, что монтаж завершен и она готова показать, что получилось. Попросил ее прислать ссылку на вотсап, чтобы глянуть с телефона. Когда я, наконец, получил видео и включил его, то с первых же секунд залип на ней. Ирада, в своей серебристой кофточке, оголяющей плечо, сидела за барной стойкой и пила коктейль. Как я теперь знаю, безалкогольный, потому что когда она даже капельку алкоголя выпьет, то поет матерные песни. Крупный план моей кудрявой девочки - она улыбается, обнажая ровные белые зубы. Ее красивые, пухлые губы даже через экран манят меня и я, нажав на паузу, обвожу их по контуру пальцем. Чувствую себя чертовым извращенцем, потому что мое тело тут же реагирует и вспоминает, как мне было с ней хорошо. Чистый кайф, наркотик, на который она меня подсадила.
Как и рассказывала Ирада, в двух барах посетители действительно замечали, что ей что-то подсыпали в коктейль, а вот в третьем - только я. Мое лицо, как и обещали, закрыли, а голос изменили. Прикрываю глаза ладонью от того, что выгляжу, как идиот и совершенно себе не нравлюсь. Публичность - не мое. А вот она прекрасна и естественна в своем образе. Очень убедительно играет девушку под наркотой. Я ведь и сам в тот вечер попался на ее удочку, да так и повис на ней.
Посмотрев программу, пишу журналистке, что все хорошо. Она присылает короткое сообщение: “Спасибо большое”. Но я не могу так просто отпустить ее, поэтому пишу в ответ:
Хочу узнать хоть что-то о ней, потому как по сей день она не выходит у меня из головы. Не отпускает меня Ирада и все мысли о другой женщине вытесняет, будто кулаками расталкивает Взбалмошная, добрая, светлая моя девочка.
