— И правильно. С ее то характером, ей лучше после рождения о ребенке рассказать, — молчу о том, что будь на ее месте, я бы ее матери рассказала после того, как этот ребенок в первый класс пойдет.
У моей сестры характер Адольфа Виссарионовича. Гестапо! Женщина стальной закалки. Она своих детей с детства дрессировала и держала в ежовых рукавицах. При этом непонятно откуда у Кати настолько мягкий и покладистый характер. Она всегда была доброй и очень нежной девочкой. Полая противоположность ее родительницы.
— Тебе ведь еще несколько лет учиться?
— Да. И я не знаю, как я с ребенком буду все успевать. Наверное, придется академотпуск взять.
— Разберемся. Сейчас главное здорового ребенка родить. А потом няню хорошую ему найдем. И будешь себе спокойно учиться.
— Спасибо! — Тянется через стойку и благодарно обнимает меня за шею.
— Не за что, — отвечаю и целую ее в макушку. Как бы там ни было, она для меня еще такой ребенок. — Так, кто же все-таки отец?
— Я с ним в клубе одном ночном познакомилась, — вздыхает она. — Он там управляющим директором работает. Мы с ним встречаться начали. Ну, а потом, я поняла, что залетела. Вот, разводит руками.
— Ему сообщила, о… — киваю на живот.
— Да. Сообщила. Он сказал, что у него строгая семья. И отец настаивает на женитьбе с девушкой его веры.
— Он что, мусульманин?
— Угу, — кивает.
Твою ж мать! Вот сволочь! Как сексом с православной заниматься, так ему религия не мешала! Все они козлы и гады. И не важно, какое у них вероисповедания.
— Значит так. Дурака этого, к черту! С сестрой я сама поговорю. Все ей объясню. Тебе сейчас нервничать нельзя. С деньгами тоже помогу. Я скоро один проект закрою. Так что финансы буду.
— Теть Лер, а можно я сегодня у тебя переночую? — Племянница смотрит на меня таким грустным взглядом, что мне ей последнее отдать хочется. — У мамы, все равно, дежурство в больнице.
— Можно, — соглашаюсь, понимая, что ехать домой в таком состоянии я ей просто не позволю, и возвращаюсь к приготовлению ужина. Мою овощи и кладу их перед Катериной. Подсовываю ей разделочную доску: — На, — кладу перед ней нож. — Вноси свою лепту.
— А как резать? — Спрашивает все еще дрожащими губами.
— Дольками, — отвечаю и достаю тарелки.
— Почему все мужчины такие сволочи? Почему они так подло поступают с нами? — Поднимает на меня свои зарёванный глазки.
— Не знаю, — веду плечом. — Сама много лет задаюсь этим вопросом. Мне кажется, никто не знает ответа, Катюнь.
Наш вечер прошел в остаточно душевной и комфортной, для нас обеих обстановке. Мы поужинали и даже поболтали на отвлеченные темы. Временами Катя делилась своими откровениями и переживаниями по поводу предстоящего материнства. После ужина, я выделила ей спальное место и достала из шкафа чистое, постельное белье. Словив себя на мысли, что в последнее время моя квартира стала напоминать некое пристанище для обиженных и обделенных.
— У тебя завтра пар много? — подогнув ногу под себя, сажусь на диван рядом с Катей.
— Три, — тихонько отвечает и осторожно коситься в мою сторону. Наверное, боится, что я поведу ее на исповедь к матери.
— У меня завтра более-менее свободный день. Можем провести его вместе. Прогуляемся в центре, а заодно сходим в один ресторан. Мне там один вопрос решить надо.
— Можно, — оживает Катя. Отталкивается и ложится калачиком, поджав ноги под себя.
— Вот и замечательно, — подаюсь вперед и набрасываю на нее сверху плед. — Отдыхай, — вздыхаю, смотрю на племянницу и вспоминаю себя. Я была в подобной ситуации. Правда, в отличие от Кати, я поступила иначе. Решив не обременять себя пеленками и распашонками. Жалею ли я об этом? Не знаю. Наверное, нет. Все сложилось, как сложилось. Нет никакого смысла возвращаться мозгами в прошлое и ковыряться в нем, выясняя правильность своих поступков. Что было, то прошло, как говориться. Бесшумно выхожу из комнаты и направляюсь к себе.
Эльдар
Вечером я приезжаю в родительский дом, так как отец решил собрать семейный совет.
— Салам алейкум! — Приветствую присутствующих в гостиной и сажусь рядом с дядей Алимом — младшим братом отца. — Дядя Алим, ты случайно не в курсе, по какому поводу сходняк?
— Ни малейшего представления, — усмехается. — Думал ты знаешь.
— Понятия не имею, — тихо отвечаю и оглядываюсь по сторонам. Все родственники мужского пола сегодня здесь. Есть несколько незнакомых лиц, которые сидят напротив. Перед нами на столе стоит чай и пахлава. В комнату заходит отец в сопровождении моего старшего брата, который при каждом удобном случае выслуживается перед ним.
— Рад приветствовать гостей в нашем доме, — произносит отец и садиться в центре комнаты, рядом с дедом. — У меня для всех нас радостная новость. Я решил выдать замуж свою старшую дочь Амину за глубокоуважаемого мною Валида Сакаева.
В этот момент один из гостей, в знак благодарности кивает отцу. Назвать его женихом, у меня язык не поворачивается, потому что мужику явного глубоко за… Ему бы о таблетках, от маразма побеспокоится, а не о браке с юной девочкой.
