Москвичка Виолетта Белянцева, экономист, в метро натыкается на объявление о краже детей. Лицо воровки пробуждает в ней странные воспоминания о детстве. Жизнь Виолетты – это работа и дом. Ей начинаются сниться кошмары, на работе на глаза вновь попадается фоторобот воровки. Виолетта и её подруга-психолог интересуются практикой осознанного сновидения и идут на семинар, который ведёт эзотерик и психолог Герман Богин. Он производит на Виолетту неприятное впечатление. Она решает больше не посещать его семинары. Кошмары становятся всё разнообразнее и достовернее, Виолетта вспоминает, что в детстве была похищена, и теперь отрывки из прошлого преследуют не только во снах, но и наяву. Она рассказывает об этом подруге. Та советует обратиться к Богину, мотивируя, что он хороший специалист. Виолетте это не нравится, однако через время она всё же решается и звонит ему. Богина заинтересовывает её случай, и он соглашается помочь. Проходит несколько тренингов, у них завязывается дружба. При помощи Богина Виолетта проникает всё глубже в своё прошлое, открывая новые детали, понимает, что её похищал не человек, а жуткое существо. В её жизни неожиданно появляется Игорь – мужчина, с которым у неё были длительные отношения, но потом случился разрыв. Игорь вернуть прежнее, Виолетта – нет. Игорь начинает её преследовать, она считает, что виной всему – ревность к Богину, с которым она сближается ещё больше. За время тренингов Виолетта узнает, что похитившее её существо зовётся «богинкой». Сходство этого названия и фамилии психолога её пугает. Действия Игоря становятся навязчивыми. Виолетта и Богин договариваются сыграть пару и таким образом отвадить Игоря. Но случается драка мужчин, Игорь умирает странной смертью. Виолетта понимает, что он связан с существом. Она находится в постоянном напряжении. Богин проводит последний тренинг, после которого они попадают в мир существа. Преодолев множество сложностей, Виолетта уничтожает существо. Они с Богином возвращаются в привычный мир. В роддоме Чердыни молодая мать смотрит в окно на мужа. В палату заходит няня, которая напоминает про осмотр у врача и внимательно смотрит на новорожденную дочку. Мать отмечает, что няня странная, но достаточно доброжелательная. Мать уходит на осмотр, а когда возвращается – ребёнка нет. Финал – существо, прикинувшееся няней, смотрит на окна роддома, прижимает к себе украденного ребёнка и смеётся. Мимо проходит старушка, пугается жуткого смеха и ускоряет шаг. Когда она оборачивается, на заснеженной дороге уже никого нет.
Часть I. Шаг в прошлое
Глава 1. Дорога домой
Осень выдалась душной и поздней. Совсем не московской. Пропахшей зноем, пылью и тьмой
густых и терпких запахов, которые бывают только в крупных мегаполисах. Летняя жара не хотела
уступать место подбирающейся на мягких лапах прохладе, цеплялась сухими жёлтыми руками за
дома, машины и спешивших по своим делам прохожих.
Кожа взмокла, тонкая ткань платья прилипла между лопатками, а ручка пакета больно врезалась в
ладонь. На улице было людно, все спешили домой. Виолетта шумно выдохнула и перебросила
пакет в другую руку. С собой пришлось забрать обувь, чтобы отнести в ремонт. Это можно было
сделать завтра, но она решила, что лучше не откладывать.
– Виолетта Сергеевна, а в котором часу вы завтра будете? – спросила шедшая рядом девушка.
Новая сотрудница. Вика? Ника? Виолетта не помнила, но она уже сильно раздражала. Даже
программист Витька на её фоне мог считаться вполне милым существом. В другой раз, может,
обошлось бы – Виолетта не стала брать дурного в голову, но сейчас хотелось послать всех далеко и
надолго.
– Не знаю, как из банка вернусь, – отрезала она.
– Я тогда позвоню?
Девушка переминалась с ноги на ногу, явно не желая портить отношений с будущей начальницей и
в то же время понимая, что любезной беседы не выйдет. Даже Виолетта заметила, что той было не
по себе – слишком бледная и очень боится сказать что-то не то. Словно девица-красавица перед
чудовищем из пещеры. Впрочем, после работы статус чудовища Виолетту устраивал.
Решив, что новенькой подчинённой займется завтра, она кивнула и поставила пакет с обувью на
землю.
– Хорошо. Завтра.
Девушка закивала, спешно распрощалась и тут же растворилась в толпе.
Мышка, – подумала Виолетта. – Серая, незаметная. Таких было и будет ещё тьма. Запоминать вас
всех неохота. Вот задержишься, потом и попробуем поговорить.
Духота не спешила сходить на нет. Виолетта исподлобья глянула на солнце, которое уже должно
было клониться к закату, но по-прежнему посылало на столицу горячие лучи.
До спуска в метро оставалось не так много, поэтому, вновь подхватив пакет, она зашагала к нему.
Счета, разговоры, сломанный телефон и шеф, который вечно не в настроении. Партнёры из
Прибалтики неожиданно потребовали пересмотреть контракты, а экономист ушла в декрет.
Неудача? Или сговор? Как назвать череду неприятностей, которые валятся одна за одной, будто кто
дёрнул за верёвочку, и они игрушечными шариками свалились вниз. Прямо тебе на голову. Только
ушибы и синяки от этих шариков весьма болезненные.
Вспоминать о разрыве с Игорем и вовсе не хотелось. Два месяца прошло, а ощущение, что только
вчера. Виолетта вздохнула. Так в мыслях можно завязнуть, как в болоте. А потом бежать к
психоаналитику с просьбами о помощи. Другой вопрос, что вряд ли психоаналитик подлатает
прорехи в душе, прорезанные осточертевшим бытом.
Кофе, кот, кондиционер. Остальное потом. Кот, кстати. Купить ему колбасы надо, а то в
холодильнике ничего и не осталось, а зверь голодовку не оценит.
Послышался неприятный треск. Внутри ёкнуло, Виолетта чуть не выронила пакет. Качество
оказалось ужасным. Слава богу, успела поймать. Босоножки и туфли остались внутри, а не лежат
на земле. Процедив сквозь зубы какое-то ругательство, она вздохнула и стала на эскалатор.
Монотонный спуск дал возможность немного передохнуть и подумать. Понять, что не всё так
плохо. Даже можно сравнить с нищими, которые сидят тут и выпрашивают подаяние. У неё всё
есть. Не в тех количествах, в которых нужно, и не в то время, когда необходимо, но всё же есть.
Послышалось, что кто-то её позвал. Виолетта оглянулась, но люди были заняты своими делами,
никто на неё не обращал внимания. Откуда-то ветерок принес едва уловимый запах сирени,
внезапно чересчур сладкий и тошнотворный. Миг – и всё прошло.
Виолетта посмотрела вперёд. Усталость и жара всё же действуют. Чем скорее она окажется дома,
тем лучше.
В шумном людском потоке, казалось, можно забыть обо всем. Нужно смотреть, чтобы не
затоптали, и сам ни на кого не наступил. Огромная живая змея из множества чешуек-людей
медленно двигалась вперёд. Рядом – гладкой серебристой стрелой несутся вагоны метро. Жизнь
идёт размеренно и спокойно. Её не волнуют проблемы простых смертных.
Ранее Виолетта не допускала таких мыслей. Теперь они стали появляться всё чаще. Скорее всего,
это надо было списать на возраст. Юность уже не вернется, до старости ещё далековато, но
задуматься не помешает. Хотелось бы по-прежнему вставать по утрам и, глядя за окно, радоваться
новому, а не думать, как пережить ещё один день.
Виолетта бросила взгляд на изящные часы с серебристой веточкой металлического браслета. Без
чего-то восемь. Скоро можно будет полностью перебраться на работу и жить там. Это ликвидирует
ряд проблем вроде визгливой соседки и её ребёночка, которому никогда не придётся страдать от
переизбытка интеллекта.
В целом, кризис среднего возраста только подбирался, но настроения не было давно. Кира
Каталинская, подруга с дипломом психолога, говорила не расстраиваться, по-научному
