По официальной версии отец Патрик внезапно уехал дальше нести слово Создателя. Всем участникам событий, как и свидетелям, запретили говорить правду. На вопрос Эвелин почему, Хадвин кратко сообщил, что таково решение руководства. Какого именно, воительница догадывалась. В тот же день комиссар похвастался, что его коллега из Трекании решил уйти со службы. Хадвин со злорадной ухмылкой намекнул Эвелин, что того комиссара «попросили» так сделать. Радость по этому поводу воительница не разделила. Ей было глубоко всё равно, что происходило в Трекании, а вот смена руководства Кравина беспокоила: новые люди принесут новые порядки. Что этому поспособствовал Ворон Ю-хи Шайна – не сомневалась. Видимо, заданием Джеймса было не только собрать улики на Патрика.
Перед ней возник небольшой букетик цветов, Эвелин аж вздрогнула от неожиданности: не заметила, как кто-то подошел. Джеймс стоял, счастливо улыбаясь и протягивая букет.
– Цветы? Серьезно? – иронично вымолвила она, приподнимая в насмешке одну бровь. Сердце бешено застучало от радости, лицо тронул румянец, а губы растянулись в счастливой улыбке.
– Я мечтал об этом с четырнадцати лет, – серьезным голосом пожурил он её, – не порти момент.
Эвелин забрала цветы, медленно поднялась, обвила его шею руками, прижимаясь всем телом к его, совершенно не беспокоясь, что на них все смотрят, и жарко поцеловала, а когда отстранилась, взволнованно проговорила:
– А я мечтала об этом, – а затем ещё несколько раз коснулась губами губ и добавила, – всю жизнь.
Радостно залаяла Лесли, обнаружив Джеймса рядом с хозяйкой. Попытки поставить лапы на мужчину в знак любви и дружбы, остудили пыл влюбленных и вернули осознание реальности.
– Пойдем, – он взял её за руку и повел в комнату.
Едва дверь закрылась, Джеймс крепко прижал к себе Эвелин и замер, часто и взволнованно дыша.
– Джей… – беспокойство потревожило охватившую недавно эйфорию. – Что-то случилось?
– Я так сильно скучал, каждый день был пыткой… – срывающимся голосом зашептал Джеймс. – Несколько раз и вовсе пребывал на грани, собирался бросить всё и приехать…
– Но теперь ты здесь, – улыбнулась Эвелин и погладила его по волосам, наслаждаясь их жесткостью.
– Эвен… – в голосе зазвучала боль, отзываясь у воительницы ужасом. Джеймс отстранился, на лице застыла м
Эвелин показалось, что она снова проходит через тот кошмар, который, казалось, оставила в прошлом. Они снова прощались… Только в этот раз сил сдерживать слезы не было. Она беззвучно заплакала. Джеймс покрыл быстрыми поцелуями лицо.
– Прости меня. Чего я только не перепробовал, и к Магистру приходил умолять, и к Правителю Иллинуи, даже к Верховной ведьме обращался. Они согласились. Меня исключат из ордена, но не сразу. Мне нужно выполнить ещё одно задание, а после я буду свободен, – он заглянул в её глаза, умоляя. – Прости… прости меня… ты подождешь меня ещё? Эвен? Почему ты молчишь?
Умереть и снова воскреснуть? Так с ней и было. Эвелин судорожно вцепилась в его куртку. Сквозь слезы, теперь уже облегчения и счастья, кивнула. Подождать? А разве у неё был выбор?
– Сколько тебя не будет? – хрипловато спросила Эвелин.
– Не знаю… Но я буду стараться как можно быстрее вернуться. Веришь мне?
Верила. В этот раз ей не нужно было время, чтобы признать очевидное: он вернется, чего бы ему это не стоило, а она дождется, несмотря ни на что.
– Когда уезжаешь?
– Через два дня.
Эвелин потрясенно выдохнула. Всего два дня…
– Далеко?
– Я не могу сказать, прости…
Она обняла его и прижалась щекой к щеке.
– Джей, в этот раз не уезжай, не попрощавшись… – тихо попросила Эвелин, и слезы снова побежали по щекам.
– Я и прошлый раз не собирался, ты так захотела, – напомнил он, ласково гладя спину.
– Зачем послушал меня?
– Так я и не слушаю, просто в тот вечер был не в себе, вот и дал слабину…
Она прыснула от смеха, Джеймс улыбнулся.
– Сейчас тоже не слушай, меня безумно злит, когда ты поступаешь как хочешь.
– Так я и не слушаю, – повторил он.
– Джей! – притворно возмутилась она и оттолкнула от себя. – Когда-нибудь нарвешься – побью.
– Не получится, – усмехнулся он, сверкая глазами.
– Ты слишком самоуверен, – фыркнула Эвелин, окидывая его изучающим взглядом, невольно вспоминая его технику боя и прикидывая, как можно будет к нему подступиться в бою.
Джеймс положил руку на её пояс, рванул на себя, прижал её бедра к своим. Вторая рука легла на её затылок и притянула голову для поцелуя. Эвелин податливо приоткрыла губы, принимая его ласку. Мысли покинули голову, яркие ощущения захватили тело.
– Джей… – выдохнула она его имя. Имя мужчины, которому жаждала проиграть и которому всегда проигрывала.
***