– Крис, – процедил сквозь зубы парень, – вот трепло! – он окинул её возмущенным взглядом и сказал: – Я говорил мужику, что приходил до вас, отвечу и вам! Я ничего не видел. Да, я был там, стащил у отца бутылку и пил с ребятами! Никого не было и ничего не происходило!
И можно было бы поверить, но последнее было сказано с надрывом, слишком эмоционально для человека, который и правда ничего не видел.
– Я обещаю тебе, что всё, что ты скажешь, останется между нами. Я смогу тебя защитить в случае неприятностей.
– Как вы защитили Фаррелов? – с горькой иронией произнес он, а при виде её удивления разозлился: – Да, я знаю кто вы. Вы кайми Эвелин Хэндар! Фаррелы заплатили вам за защиту! И вы пообещали! А что в итоге? Дайру изнасиловали! И пообещали убить, если её родители не продадут свой магазин людям Бруно! Хороша защита! – слезы заструились по его щекам. – И Фаррелы сделали это, и теперь увозят мою Дайру в другой город! Они переезжают! А всё вы! Из-за вашего вмешательства! Вы дали им ложную надежду! Убирайтесь! – последнее он уже закричал.
Краска сошла с лица Эвелин. Фаррелы… Рыбаки, держащие лавочку в центре Кравина. Они не были зажиточными, просто когда-то повезло выкупить небольшое помещение, так удачно расположенное в оживленной части города. Лавочка передавалась по наследству из поколения в поколение. Нынешний владелец обратился к Эвелин месяца два назад с просьбой защитить дело и его семью от нападок людей Бруно, крупного торговца, владеющего целой сетью магазинов. Несколько кровопролитных стычек и Бруно согласился поговорить. И вроде как все пришли к взаимопониманию… Фаррелы больше не обращались к ней, и Эвелин посчитала работу выполненной…
Ужас и холод внутри воительницы стал стремительно сменяться яростью и желанием убивать. Она резко развернулась и размашистым шагом вышла, не говоря ни слова. О Лесли вспомнила, только когда та заскулила из своего места.
– Ко мне, – позвала собаку женщина и направилась домой.
Спала Эвелин плохо, если это вообще можно назвать сном. Злость, граничащая с ослепляющей ненавистью, смешивалась с выбросами адреналина: то, что она планировала сделать, было очень рискованно и чревато последствиями. Бруно не только крупный торговец, он – контрабандист. В его ведоме как минимум половина теневого рынка Кравина и несколько воровских гильдий. И всё же, она не собиралась отступать.
Дайра… Она видела её раньше. Милая девчушка шестнадцати лет. Представить, что те твари сделали с дочерью Фаррелов, было подобно поднесению огня к стогу сена. Вспыхивала Эвелин так же мгновенно. Конечно, где большие монеты, там всегда есть место жестокости, угрозам, злу, махинациям и шантажу. В принципе, воительница к подобному никак не относилась, пока это не коснулось лично её. Она знала Бруно. Бруно знал её. У них был договор, касаемый этих людей, и вот…
Чувствуя, что снова начинает закипать, Эвелин решила всё ж начать свой день и поднялась с кровати, тем более таверна снизу должна через минут десять открыться. Да и сегодня смена официантки Жози, легкомысленной сплетницы, с которой воительница любила болтать. Порой принесенные ею новости были весьма занимательны: пьяные посетители не обращали внимания на работников таверны и могли взболтнуть лишнего и… ценного.
Лесли нетерпеливо крутилась у двери, ожидая долгожданной свободы, и едва Эвелин повернула ключ в замке, открывая, собака выскочила наружу и умчалась в неизвестном направлении. Женщина лениво побрела вниз. Утро для жителей Кравина начиналось всегда рано, поэтому было уже довольно суетно и шумно. Раздражало. Хорошо, что хоть её столик не занят.
– Эвелин! – приветливо воскликнула Жози, подходя к посетительнице. – Сегодня рано. Задание?
– Нет, просто не спится, – проворчала воительница, морщась от переизбытка направленной на неё жизнерадостности.
Выражение лица Эвелин рассмешило официантку, раздался задорный мелодичный смех, который всегда притягивал внимание мужчин. Воительница подозревала, что Жози знала о том, какой эффект в такие моменты производила и бессовестно им пользовалась.
– Тебе принести завтрак как всегда, или сегодня хочется что-то особенное? – кокетливо поинтересовалась рыжеволосая официантка.
– Обычный.
– А Лесли? Кстати, где она?
– Вернется, как только запахнет едой, – усмехнулась Эвелин.
Так и случилось. Едва принесли две тарелки, одна из которых предназначалась Лесли, собака тут же примчалась и накинулась на завтрак, шумно фыркая. Жози села напротив Эвелин, откинула назад длинные волосы и подперла свою очаровательную голову ладошкой.
– Говорят, что ты помогаешь комиссару расследовать преступление.
– Кто говорит? – Эвелин подняла на неё скептический взгляд.
– Все, – просто ответила Жози. – Как успехи? Может уже есть подозреваемые?
– Это закрытая информация, ты же понимаешь? – женщина напустила важности. Не могла же она сказать, что вообще нет никаких предположений, кто это может быть.