— Если б ты, дядя Сережа, не объявился, — издевательски покивал Фурсов. — Черт тебя знает, откуда ты взялся. Сидел бы спокойненько на своей пенсии. На рыбалки бы ходил. Да только теперь не пройдет это. Теперь ты, как это сейчас говорят, встрял по-крупному.
— Кто из нас тут встрял, так это ты, — ответил Волков невозмутимо. — Знаешь, как я на вас двоих вышел-то?
Фурсов не ответил, только мелко покачал головой.
— Приятель твой, Нерон, выдал себя, как сучка во время течки. А знаешь как? Пришел убивать моего племянника. Прям в квартиру к нему заявился и пострелял и его, и его бандоса дружка. И вам не повезло, что я как раз был поблизости.
— Вот кому из нас еще не повезло, мы потом посмотрим, — похолодевшим тоном ответил Фурсов.
Хотя он пытался и дальше вести себя непринужденно, по взгляду было ясно, что Волков попал в мясо. Глаза ФСКшника ожесточились. Взгляд стал колики и злым. На контрасте с ужимками Фурсова, которыми он силился сбить нас с толку, выражение глаз выделялось особенно ясно.
— Фантазер, — хмыкнул Волков. — Да только вот что я тебе скажу: знаешь, кем был мой племянник?
— Балериной большого театра пади.
Волков совершенно буднично отвесил Фурсову смачного леща. Фурсов совершенно буднично дернулся и сплюнул кровь. Хмыкнув, я скрестил руки на груди.
— Прояви уважение к усопшему, — проговорил Волков. — Он был близким мне человеком.
— А Неронов был моим товарищем, — слизав с нижней губы кровь, ответил Фурсов.
— В этом я сомневаюсь. Так на чем это мы остановились? Племянник мой был членом черемушкинской ОПГ. И он тебя знал. Знал, потому что вместе со своими дружками они пришли в Грааль тебя застрелить, Фурсов. Двоих ты порешал, а мой племяш успел скрыться. Вот за это его и убил Нерон. Он подчищал следы.
— Хороша сказочка, да верится с трудом.
Фурсов попытался съерничать, но сделал это с таким лицом, что сразу стало понятно: он занервничал.
— Зря ты так думаешь, — сказал я, подходя к ним. — Мы обыскали вашу машину. Нашли там много чего интересного. Например, записную книжку с адресом вашей квартиры. А еще чьи-то ключи.
По правде сказать, я бесстыдно брехал. Никакой машины Фурсова я в глаза не видел. Волков упомянул, что ФСКшники были на ауди. Да только у него самого не было времени в ней копошиться. Ему надо было заниматься Фурсовым, когда он взял его в плен. Нет, в машине Волков пошуровал, но наскоро. А потом почти сразу помчал ко мне.
Так и стояла сейчас ауди этих двух «товарищей» на берегу Кубани.
Пусть мы с Волковым и не сговаривались по поводу машины, но сообразительный старик тут же подхватил мою ложь:
— Все равно, если не скажешь, мы поедем к тебе на хату. Возможно, найдем там чего-нибудь интересное. Ох и удивиться же твой генерал, когда на связь выйдете не вы с Нервном, а мы с Летовым. Надо полагать, тогда тебе путь в Краснодар будет заказан.
— Комбинаторы херовы, — пробурчал Фурсов недовольно.
— Лады, — Волков встал, понимая, что моя очередь теперь болтать с Фуросвы. — Пойду по малой нужде. Где у вас тут туалет.
— Фима вас проводит, — сказал я.
Волков кивнул и вышел. Вот и второй знак доверия: старый КГБшник оставил меня один на один с Фурсовым. Значит, он не ждет от меня, что я утаю какие-то факты после разговора.
— В общем, ты парень умный, — теперь я сел рядом с Фурсовым. — Понимаешь, что к чему складывается.
— Летов, да чего ж ты лезешь, куда тебя не просят? — Хмыкнул Фурсов. — Сейчас бы спокойно охранял бы какую-нибудь забегаловку или шлюшатник. Нет же, надо тебе приключений.
— Без приключений у нас не получается. У тебя, так точно. Ты ж понимаешь, чем теперь тебе все это грозит?
— А ты, Летов, видать, до конца не понимаешь, чем это все грозит тебе.
— Ну ты ж умный мужик, Фурсов. Понимаешь, что к чему. Тебе не рассказали про пистолет. Твой приятель пытался натравить на тебя бандосов. Убрать тебя хочет твой генерал. Видать, чем-то ты ему серьезно насолил, раз уж он решил подстроить все так, чтобы ты сгинул в перестрелке с бандитами.
Фурсов не ответил. Несколько мгновений он сверлил меня взглядом, потом опустил глаза.
— Да иди ты к черту, Летов.
Я встал.
— Короче, есть у тебя шанс выкрутится. Подумай над всем этим хорошенько. Если жить хочется, можем покумекать, как отвязаться от твоего Фомина.
Фурсов снова поднял взгляд.
— Смотришь упрямо, — я ухмыльнулся. — Так-то, вообще, мы и без тебя разберемся. С тобой бы было чуть попроще, но можно и своими силами. Да только если уж мы сами, вряд ли у тебя будет шанс спастись. Пойдешь, как минимум, сообщником Фомина. Если вообще пойдешь.
— А мож ты куда-нибудь пойдешь, — кивнул мне мрачный, словно туча Фурсов.
— Пойду. Пойду поем. Жрать хочется, сил нет никаких. Ты, если что, тоже зови. Покормим.
С этими словами я вышел из оружейки. Женя тут же запер за мной большую железную дверь.
— Ну че он там? — Спросил Корзун.
— Пусть посидит. Созреет пока. Потом я к нему снова загляну.
— Долго держать его тут не вариант.
— Знаю. Вечером придумаем что-нибудь.
