Дружить навечно Юра согласился и принимал участие во всех моих «проектах» и играх одним из первых и пальчиком обвинительно никогда не тыкал в мою сторону при выявлении инициатора очередного происшествия.
Но, как и положено всем мальчикам, тупил по поводу более высоких эмоций и всяких там любовей, не в пример продвинутым в этом плане девочкам, как известно, более раннего чувственного созревания. Так что вся моя пылкая и бескорыстная любовь была ему недоступна для понимания, как аборигену паровая машина.
Но меня эта мальчиковая «несознанка» совершенно не волновала — главное, что я его любила прямо на века и до высокой высоты!
И если раньше поход в садик по утрам был для меня чем-то вроде каторги, и тащилась я неизменным «паровозиком» сзади за папой или мамой, отводившими меня в сад, то теперь я летела впереди вприпрыжку и нетерпеливо поторапливала их.
Я летала, парила и придумывала еще более интересные и увлекательные игры и занятия, где главную героическую роль отводила Юре!!
Ах, Юра, Юра! Лучший мальчик на земле!!
Только…
Все по-взрослому! В любви, видимо, всегда так — по-взрослому!
На пути моего полного счастья встало трудное препятствие — судьба-злодейка в лице девочки Марины!
О боже, боже! Эта Марина!!
Полная противоположность мне! Тяжелейший антипод!
В детсадовские времена я представляла собой чрезвычайно живую и подвижную девочку, больше похожую повадками на мальчишку: худую, быструю-шуструю, с короткой стрижкой, в коротких юбочках и свитерках, не любившую платья и банты, позволяя эти мытарства надевать на себя лишь по особым праздникам.
И Марина-а-а-а!
Девочка-Мальвина, девочка-кукла, девочка — выставочный экземпляр!
Сейчас такую назвали бы гламурной.
Причесочка — убранные со лба и боков назад волосы, скрепленные сзади роскошным бантом, из-под которого свободно струились по плечам закрученные, чуть ли не уложенные, шикарные локоны. Она этот бант даже во время сна не снимала, так и спала, аккуратно устраивая головку на подушке.
И платья! Всегда платья! Великолепные, с кружевными оборками и неизменным пояском, пристроченным спереди и завязывающимся сзади бантом на талии. Этот бант сзади она с особой тщательностью завязывала после дневного сна.
И всегда белые колготки.
Картинка!
И такая стерва!! Вот с рождения! Вот бывают такие девочки, которые с рождения красотки, картинки и хитрющие стервы! Эта была как раз из этих!
И встала она стеной на моем пути к счастью!
Вообще-то наше противостояние началось давно — ну никак девочке Марине не давала покоя моя популярность у ровесников. Понятное дело, что она-то как раз ни в одной из моих афер, игр и придумок участия не принимала, но, когда «электорат», как овцы (все до одного), шел за мной и участвовал во всех проказах, оставляя ее, принцессу такую, в одиночестве и без свиты, это Марину сильно раздражало, напрягало и категорически не устраивало.
Она тоже, как выяснилось, рулить любила, а тут… Ну, понятно.
Не забывала она и про добивание поверженного врага и практически каждый раз, когда я стояла в углу, говорила мне гадости, правда — издалека, чтобы воспитатели не пожурили ее за разговоры с наказанной.
Разумеется, она не могла не заметить моего особого отношения и внимания к Юре — такие барышни скорее дышать перестанут, чем пропустят и не усекут интригу.
А как только она поняла, что я в него влюблена и мы дружим, тут же включилась в бои без правил! Не за Юру как такового, а против меня.
И по-нес-лась!!
Она начала обхаживать его с особой настойчивостью: угощать сладостями, постоянно находилась рядом с ним, играла во все его игры и говорила-нашептывала гадости обо мне, какие только была способна придумать.
Я же, в свою очередь, действовала более прямолинейно — отодвигала конкурентку, напоминала Юре про нашу дружбу навек, придумывала еще более интересные игры и занятия, чем раньше, и открыто требовала, чтобы Маринка не приставала к нему и к нам двоим. А то и норовила ее оттолкнуть или тюкнуть чем-нибудь. Один раз мы даже подрались на куклах, то есть принялись колошматить друг друга куклами.
Она тут же пожаловалась воспитательнице, и… понятно дело, что в глазах воспитателя Марина всегда хорошая, ну а я — наоборот! И хоть наши «разборки» начинала и инициировала девочка Марина, меня априори считали задирой и зачинщицей.
Вот такая взрослая несправедливость!
Надо отдать должное Юре — жил он себе тихо, мирно и понятия не имел, какие страсти кипят и баталии разворачиваются вокруг его персоны. Был всегда занят своими мальчишескими играми и интересами, большую часть времени проводил все же со мной, поскольку со мной, честно говоря, было не в пример интересней, чем с кем-то еще из группы. Я ведь не только в поиске приключений находилась онлайн, я еще умела рассказывать всяческие интересные истории. У меня старшая сестра бегло читать начала в пять лет. С тех пор читала все подряд и часто мне пересказывала сказки и истории всякие из книжек, а то и вслух читала. А я запоминала сразу же, да еще раскрашивала повествование своими дополнениями.
