За ужином мама снова и снова пересказывала папе историю о том, как я сегодня отправила свой первый мейл, причем, судя по степени ее восторга, можно было подумать, что я как минимум изобрела лекарство от рака, а не письмо написала.
– Ведь это так здорово, Дональд, что Элис и Мэган теперь переписываются по электронной почте, правда? Как просто стало быть ближе друг к другу! Технический прогресс творит чудеса!
Папа молча кивал, полностью соглашаясь с мамой. А вот я, напротив, кипела от злости. Подумаешь, мейлы! Мне нужна реальная подруга, с которой я могла бы видеться каждый день, играть и болтать. А не та, что есть у меня только в виде строчек на экране компьютера и голоса в телефонной трубке. Что это, спрашивается, за подруга?
Я уже было собралась с чувством поведать об этом маме, когда та в очередной раз принялась прославлять чудеса технического прогресса, но вовремя одумалась. За двенадцать лет я успела хорошо изучить маму и знала, что она меня пожалеет и утешит, но зато потом непременно пристанет с душеспасительными беседами. Так что не стоило лишний раз давать ей повод.
Вместо этого я прибралась на кухне, поиграла с Рози и отправилась спать.
Когда мама зашла поцеловать меня перед сном, мне в голову вдруг пришла гениальная мысль.
– Мам, а ты и вправду считаешь, что технический прогресс нам на пользу?
Мама посмотрела на меня с подозрением.
– Да, а что? – осторожно спросила она.
– Просто я тут подумала, что если бы у меня был мобильный телефон, я могла бы слать Элис эсэмэски, когда захочу! Ну чем не замечательное применение техническому прогрессу?
– И моим деньгам тоже, – улыбнулась мама. – Ты же знаешь, Мэган, что я не одобряю мобильные телефоны. Кто знает, как они влияют на головной мозг? Вполне возможно, уже скоро люди сильно пожалеют о том, что стали ими пользоваться. Очень сильно пожалеют, поверь. Так что ограничься пока домашним телефоном и компьютером.
Она поцеловала меня напоследок и вышла из комнаты, а я с головой закуталась в одеяло и тяжко вздохнула. Я, конечно, очень люблю свою маму, но смириться с ее допотопными представлениями о жизни непросто. Уверена, что живу в самом что ни на есть отсталом доме во всей Ирландии. И если однажды в результате извержения какого-нибудь вулкана наш дом разом погребет под слоем лавы, то какие-нибудь археологи, когда откопают его через миллион лет, будут сильно озадачены, пытаясь определить, к какому периоду отнести сие трагическое событие.
– Хм, – скажут они, почесывая в затылках, – судя по радиоуглеродному датированию, это случилось в двадцать первом веке. К тому же в доме обнаружен компьютер. Но, похоже, мы все же ошиблись.
