Тем временем колдун не оставлял попыток вернуть обратно свою драгоценную и невероятно длительную жизнь:
— Охотница, ты пришла за камнем. Забери его в обмен на мою свободу.
— Если бы мне необходим был кристалл, я бы узнала, где ты его прячешь. Имеется много способов разболтать колдунов. — Она подхватила факел и подошла к костру. — Мне важнее избавить это место от нежити.
— Никакими пытками ты не заставишь меня говорить. Поклянись, что сохранишь мне жизнь, и тогда ты получишь камень.
— Ладно, — неожиданно согласилась Алекса. — Клянусь, что если с твоей помощью я завладею осколком магического камня, то в этот раз отпущу тебя с миром.
— Я знаю, Алекса, ты не обманешь. — Колдун пристальным взглядом посмотрел в лицо охотницы. — Иди в деревню, к дальнему колодцу. Подними нижнюю досточку обшивки с восточной стороны. Там тайник. В тайнике записка с планом, где сказано, куда спрятал я камень. Правда, записка на старом латинском языке…
— Не переживай обо мне, это мы проходили в школе, — усмехнулась Алекса. — Стилета, отправишься со мной, а вы, друзья мои, пока расслабляйтесь и наслаждайтесь природой. Если колдун соврал, мы ещё успеем поджарить его. Ята, пригляди за ребятками, чтобы они не разбежались раньше времени.
Едва они ушли, Ята обмотала мои руки верёвкой и привязала к ближайшему дереву. То же самое она проделала с возмущённым до глубины души Панкратовым.
Других она не тронула, видать, охотницы им доверяли.
Женщина туго затянула узлы и с удовлетворением посмотрела на свою работу:
— Так-то лучше! И не старайтесь спасти своего дружка, он теперь хуже любого вампира, вы уж поверьте!
Ята знала своё дело и расположила верёвочный узел так, что до него нереально было дотянуться.
Освободить руки, привязанные к столбу дерева за спиной было невозможно и я облокотился на ствол дерева и начал следить за вороной, сидевшей недалеко.
Чёрная птица нахохлилась и тревожно глядела на костёр.
— Это ты спасла нас от дерева-убийцы? — поднял башку Тима.
Ворона не пожелала слушать Панкратова и взмахнула тёмными крыльями, перелетев поближе к костру. День протекал медленно и лениво. Мы с Тимофеем коротали день, как псы на привязи. Правда, жаловаться было не на что: Ята накормила нас сытным и приготовленным на костре обедом и не давала скучать, развлекая рассказами из жизни охотниц на вампирш. Значительную часть времени она проводила за выстругиванием новых кольев, а изредка отправлялась на разведку.
Охотница следила за тем, чтобы дачники не забрели к костру инквизиции, который возвышался посреди лесной поляны.
Когда настал очередной обход, я обратился к Пашке, оставшимся за старшего:
— Пашка, по старой дружбе помоги нам удрать. Мы приведём помощь и спасём Ханова. Он ни в чём не виноват!
— Александра Владимировна считает, что его нужно сжечь.
— А если она решит, словно и я колдун?
— Тогда и тебя сожжём.
После подобного ответа продолжать дискуссию расхотелось. Я посмотрел в сторону зловещего костра. Два поникших, измученных ожиданием расправы колдуна пару часов недвижимо стояли у столба, обложенного дровами. Смотря на них, я опять подумал о Кровавой Алексе. Кто она — героиня либо негодяйка, борец со злом либо жестокая убийца? Она уничтожает зло, но причиняет боль, спасает людей, но не жалеет их. Кристиана же мягче и добрей, только питается кровью людей…
— Стасян… — кто-то шепнул над ухом, — не поворачивай голову.
Я почувствовал, как в мою руку вклали что-то острое, похоже, осколок стекла.
— Меня и брата прозвали двойной тенью Пашки потому, что куда он, туда и мы. Но я имею своё мнение! Попытайся спасти Женю. Я не могу удрать, подвернул ногу, когда был на ферме.
Митька опять скрылся в зарослях, но, будто ничего и не случилось, вышел на поляну и подошёл к Пашке:
— Как ты думаешь, скоро возвратится Александра Владимировна?
— Беспонятия, — Пашка повёл плечами. — Возможно, это и к лучшему. Подобное зрелище нужно смотреть во тьме.
Я поудобнее ухватился за осколок и стал незаметно перерезать верёвку. Вскоре узлы ослабли.
Осталось лишь дождаться подходящего момента для побега.
Темнело. Ята отложила свои колья и дремала, прислонившись спиной к дереву. Пашка возбуждённо говорил Митьке о полной опасностей и приключений жизни охотниц. Панкратов гадал вслух, любят ли его или нет. Дядя Лёня и Ханов, не мигая, глядели куда-то вдаль. Я, никем не замеченный, высвободился от верёвочных узлов и скрылся в зарослях. Я торопился, но до Борисовки сумел добраться только, когда зашло солнце. По деревеньке ходила молодёжь, но обращаться за помощью к ним было бессмысленно. Я быстро шёл вперёд, пока не поравнялся с опустевшим домиком дяди Лёни.
Калитка протяжно заскрипела, и на улицу вышла высокая женщина в тёмном:
— Стас?!
— Кристиана! Рад увидеть тебя! Как ты смогла вырваться от тех вампирш-надсмотрщиц?
— Если бы до восхода солнца было побольше времени,они бы суперски меня отколошматили. Затем мы вместе спасались от солнца.
— Все вампирши с вампирами на скотобазе погибли. Их убила Кровавая Алекса.
— В курсе. Я там была. Теперь она взялась за колдуна?
