— Да — да, Детка, никогда не было никакой Луизы, всегда был только я. Но, пока моя мать не сдохла, она упорно продолжала делать из меня девчонку. А после ее кончины, отец попытался сделать сына. С которым ты и встретилась в том приюте. У, что я вижу, ты собралась плакать? Не стоит, не порть нашу встречу слезами. Или ты это от счастья, что наконец нашла меня? — его руки болезненно сжали мои ребра. Людовик, порвал свитер на мне, задрал кофту обнажая по пояс. Его глаза расширились в предвкушении.
— Она у тебя красавица — раздался позади голос Грина.
— Вот именно, что у меня — выделил последнее слово интонацией Людовик — пошел прочь!
— Отказываешь мне в постели? — словно ребенок захныкал Грин. Омерзительно.
— Ну, что ты, малыш. Иди сюда — он отпустил меня, будто ядовитая змея не успела ужалить, я отскочила к стене, одергивая кофту.
Людовик распахнул объятия, Грин, встрепенулся и тут же прижался к Кукловоду. Я с ужасом поняла, что не смогу достать пистолет. Он остался в сумке. А на все, что я сейчас способна это бежать. Бежать от этого безумия.
— Извини, малыш — Людовик оттолкнул присосавшегося к нему Грина и схватил меня за локоть — куда собралась? Теперь ты никуда от меня не денешься.
Одного удара хватило, чтобы я кулем стала оседать на пол, теряя сознание. Вот и все. Последняя мысль, проскочившая в мозгу прежде чем я отключилась.
В себя приходить было погано. Голова наполнялась шумом. Чьими-то стонами. Открыла глаза. Сижу на стуле, не связанная. Напротив вгоняющая в дурноту картина. На огромной кровати, голый Людовик оседлал Грина и душит во время их извращенного соития. Комната другая. Видимо, вторая спальня. Здесь все цело. Я понимая, что это не стоны удовольствия. Это предсмертные судороги Грина. Он переводит взгляд глаз с лопающимися сосудами с Людовика на меня. И через мгновение они стекленеют. раздается хруст. Мало того, что Людовик задушил его, так он еще и шею сломал гаденышу.
— Понравилось наблюдать, Детка? — медленно вставая с постели и вытирая пот со лба, обращает внимание на меня Кукловод.
— Зачем? — выговорила я пересохшими губами.
— Зачем я его убил? Ну как ты не поймешь, Бабетт — он подошел ко мне, вздернул и прижал к мокрому от пота и пахнущему сексом и смертью телу — я ненавижу делиться своим телом особенно с такой падалью, как этот вот — повернул меня к трупу Людовик, не разрывая объятий встал позади, сминая руками мой живот и грудь.
— Но он же был нормальным, почему он… захотел тебя? — выплюнула я фразу, словно давилась ей.
— Глупышка, тебе все надо знать. Вот, дотронься…
Убирая руку с живота, Людовик направил ей мою ладонь за спину, вниз, слегка раздвинул ноги. Когда я коснулась «этого», будто в переполненный стакан добавили последнюю каплю. Я вывернулась и укусила Людовика в ключицу. Он ослабил хватку, мне удалось вырваться, причиняя груди и руке невероятную боль. Я бросилась вон из комнаты. Оказавшись в гостиной, где у камина по-прежнему валялась моя сумка. Схватив ее, перевернула, на пол посыпались вещи, среди которых не было пистолета.
— Не это ищешь, непослушная девчонка? — в дверях стоял обнаженный Людовик, держа в правой руке мой кольт.
В отчаяние, только оно могло объяснить мои неуклюжие попытки спастись, я подбежала к лифту. Оглянулась, Людовик все так же стоял в дверях спальни.
— Беги, Детка, беги. Все равно мне сегодня предстоит капитальная уборка и на веселье с тобой пока нет времени…
Дверцы лифта закрылись в тот момент, когда Кукловод послал мне воздушный поцелуй.
Всегда есть немного правды за каждым «Я шучу», немного знаний за каждым «Я не знаю», немного эмоций за каждым «Мне без разницы» и немного боли за каждым «Всё хорошо».
Есть время разбрасывать камни, но приходит время их собирать. Наступило это время. Правда, я не камни брала, а раскинула сеть, в которую угодила желанная мне рыба. Не буду говорить загадками, лучше начну действовать.
Дэрэк спал, когда я выскользнула из дома. Вчера вечером мне удалось уйти от вопросов, только благодаря тому, что коп закрылся у себя и на мой приход внимание не обратил. Он до сих пор не оправился от ранений и все еще был вялым, что мне на руку.
Вообще планирование — это мое хобби. Их всего два. Первое — наблюдение, а второе — планирование. Правда, есть один недостаток, я люблю все фиксировать. К примеру, я зачем-то написала в своей тетради, что у Дэрэка в шкафу есть три комплекта прослушивающий устройств. Обзавелась бутафорией. И делала я эти вещи, еще не осознавая, какой план созрел в моем воспаленном мозгу. А когда поняла, тихо порадовалась. Так же, я записала, что Грин пропадал где-то на пару с Грэмом, в день исчезновения девушек. Тщательно, в первый день записала все номера машин на школьной парковке. И угадайте какие машины исколесили весь Штат в день похищений девушек?
