Шерлок Холмс работает консультирующим детективом, ведь он очень хорошо знает жизнь и людей. И не только потому, что слишком умен, — он родился в начале 20 века и видел мир со всеми его плюсами и минусами. Шерлок понимает, что его жизнь порядком наскучила ему, но внезапно в ней появляется тот, кто нарушает привычный ход вещей и дает ему надежду.
========== Часть 1 ==========
Декабрь 2009 года подходил к концу. Через три дня должен был проходить ежегодный благотворительный рождественский бал, все средства с которого шли на лечение детей, больных онкологическими заболеваниями.
Шерлок Холмс, консультирующий детектив и одновременно акционер-учредитель крупного экспертного бюро, сотрудничавшего со Скотланд-Ярдом, вздохнул, отбрасывая конверт с приглашением, и повернулся к зеркалу, стоящему у большого платяного шкафа, в стиле пятидесятых-шестидесятых годов прошлого века. Он поправил тёмные волосы, пригладив несколько упавших на лоб кудрявых прядей, и приблизил лицо к зеркалу почти вплотную. Новых морщин не наблюдалось, кожа была в идеальном порядке, в волосах не поблескивали седые волоски. И только большие серо-зелёные глаза смотрели на отражение в зеркале устало и тоскливо.
В гостиной громко трещали поленья в камине. На улице гудели машины, пойманные врасплох неожиданным снегопадом и скользившие на покрывшихся непрочной коркой льда дорогах. Владелец закусочной, располагающейся в его доме, выяснял отношения со своей женой прямо под его окном. На первом этаже на кухне что-то уронила соседка, готовящаяся ко дню рождения. Шерлок впитывал эти проявления изменчивой жизни, старался уловить мельчайшую деталь — так ему казалось, что подобное может происходить и с ним.
Открыв шкаф, он оглядел вешалки со всевозможными фраками, пиджаками, кардиганами, рубашками, водолазками, футболками, года создания которых были далеки друг от друга так же, как два разочаровавшихся друг в друге человека — несоотносимо. Невесомо коснувшись пальцами тёмно-синего пиджака с маленьким жёлтым цветком в петлице, который был родом из шестидесятых годов, Шерлок прикрыл дверцу, а после пару минут постоял около, прислонив лоб к теплой деревянной створке.
Белфаст. Летний, но прохладный день. Площадь Донегалл. Двое мужчин, блондин и брюнет, смеются, обсуждая обилие украшений местной ратуши. Блондин восхищённо замирает, когда сильный ветер взлохмачивает кудри его собеседника, и поправляет их лёгким ласкающим жестом. Его друг улыбается, глядя в синие смешливые глаза, и указывает на цветочницу, расположившуюся неподалёку от библиотеки Линен Холл. Брюнет тянет задумавшегося приятеля за руку в ту сторону и, подойдя к женщине, покупает у неё два маленьких жёлтых цветка — золотые анютины глазки — и вдевает их им в петлицы пиджаков. Мужчины отходят от цветочницы, провожающей их заинтересованным взглядом, и неспешно удаляются с площади, беседуя о цветах и наступающем вечере.
Выпрямившись, он снова тихо вздохнул и отвернулся. В голове вспыхнула очередная мысль о растянутости и бессмысленности жизни. Перед внутренним взором пронеслось несколько картин, хранивших яркие болезненные воспоминания прожитых лет. Обычно Шерлок гнал подобные размышления подальше от себя, но иногда нужно было давать себе отдых.
Он вышел в гостиную и подошёл к окну, надеясь увидеть там снегопад. Небо было облачным. В кармане зазвонил телефон. Вытащив блестящий аппарат, он посмотрел на горящий экран: «Марта». Холмс грустно улыбнулся и нажал на кнопку приема вызова.
— Привет, милая! — голос почему-то прозвучал глухо. Он прокашлялся и добавил: — Как ты? Уже вернулась?
— Да. Немного раньше, но я устала в их компании — слишком стара для подобных сборищ. Свадьбы не по мне, другое дело — разводы!
— О, в них ты мастер — бесспорный, достойный всяких наград.
— Не иронизируй, я искала в каждом новом кого-то, кто понял бы меня и принял тебя. Да что мы за тему подняли? Как твои дела? — голос в трубке зазвучал обеспокоенно.
— Всё отлично. Пришло приглашение на субботний бал. Ты согласишься сопроводить меня?
— Нет, прости, но я уже не девочка и такие мероприятия мне не по возрасту. А вот ты обязательно развейся.
— Но что я буду там делать один? Я бы мог пригласить Молли или Джима. Но первая не вернётся раньше десятого января, а второй вновь уехал в командировку, — Шерлок устало опёрся о подоконник.
— Тогда иди один и отдохни, ты же такой красавец — надолго в одиночестве не окажешься.
— Скука! Что хорошего принесла мне моя красота, дорогая?
— Пообещай мне! Слышишь? Пообещай повеселиться за нас двоих, — его собеседница была неумолима.
Он кивнул, понимая, что та его не видит. Поразмыслив полминуты, он ответил:
— Хорошо, Марта. Я обещаю.
Шерлок убрал телефон в карман брюк и присел на подоконник, вглядываясь в серовато-мутную картину заоконного вечернего Лондона. Он знал этот город вдоль и поперек, исходив его пешком за долгие годы бессмысленного существования. Внезапно у него появилось желание прогуляться по тихому, уже почти сонному району и вдохнуть запах наступавшего праздника. На улице так задорно мерцали огоньки гирлянд, украшавших дома и столбы электропередач, и зажжённых свечей в маленькой кофейне в доме напротив.
