«Теперь о Секретариате ЦК. Можно было бы избрать секретарями ЦК, например, таких товарищей — товарища Сталина, товарища Аристова, товарища Брежнева, товарища Игнатова, товарища Маленкова, товарища Михайлова, товарища Пегова, товарища Пономаренко, товарища Суслова, товарища Хрущёва».
Всего в состав Президиума и секретариата Сталин предложил 36 человек. На том же пленуме И. В. Сталин пытался сложить с себя партийные обязанности, отказываясь от поста секретаря ЦК, однако под давлением делегатов пленума принял эту должность. Боялись люди вождя, привыкли подчиняться, ведь любое их выступление в ракурсе переизбрания Сталина могло для них же обернуться расстрелом».
Здесь, я замечу, что когда тебе идет уже 8 десяток лет, то, явно, тебе хочется покоя, а не партсобраний и великой власти. Но, если уж ты стал диктатором, то тебе придется умереть на своем посту, а живя, ты каждый день обязан опасаться за свою жизнь, или ты должен будешь покинуть свою страну, оградив себя в какой-нибудь Аргентине «высоким забором». Но! Иногда и это не спасает, ведь нельзя же исключать тот момент, что к вам в гости может прийти человек с ледорубом и вынуть ваши диктаторские мозги. Помните историю негодяя Троцкого? Одним словом, тихим благообразным уважаемым пенсионером на Родине у себя ты уж точно не умрешь. Кстати, поддерживать диктатора — это, также, безумие. Помните подчиненных и соратников Сталина? Ну, Ягоду, Ежова? Они все были вынуждены не только совершать бесчеловечные преступления, но и умереть в бесславии, как этого и потребовал от них сам вождь народов. Соратники, соратники — какое ласковое, гордое и отеческое слово. У большевиков также складывались товарищеские отношения. Так, «великолепная» тройка Сталина, Зиновьева и Каменева, общими усилиями отодвинет Льва Троцкого от власти. Однако — Каменева и Зиновьева расстреляют в августе 1936 года, признав виновными в создании «антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского террористического центра», в организации убийства Кирова и подготовке покушений на Сталина и его соратников. Каменев не просил пощады перед расстрелом, он понимал то, на что шел, когда только вступал в ряды РСДРП и когда принимал участие в возвышении самого Сталина:
«Перестаньте, Григорий (Зиновьев)! Умрем достойно!».
