Смысл мною сказанного понятен. Все эти меры приведут, пусть поэтапно, но все-таки приведут к миру в нашей стране, ведь сам геноцид против русского этноса не может закончиться мирно. Нельзя думать, что политическое угнетение более 80 % граждан РФ не вызовет социального взрыва. А ведь такой взрыв может произойти, и искрой для него послужит не идея об угнетении русских, а сама кризисная экономическая ситуация в России. Хотя, если вы привели большинство страны к нищете, то это большинство, выраженное как раз в русском этносе, и является угнетаемым. Я много писал о том, что для плодотворного и быстрого развития России ей необходимы мощные общественные организации. Вот такие мощные общественные организации могли бы противостоять в самом Татарстане сепаратистским настроениям, подогреваемым со стороны Турции и арабских религиозных экстремистов. Но! Кремль всегда давил свободную инициативу низов, так как верхам не нужны борцы с коррупцией, а также те, кто лезет в дела власти и задает много неудобных вопросов ей. То есть демократические институты в РФ подавлялись все эти последние, минимум — 10–15 лет. У нас нет настоящей демократии, и нет идеологии. Удерживаются же регионы возле Центра по средствам нефтяных доходов, или удерживались до какого-то последнего времени. Теперь же, вся эта игра в диктатуру «партии власти» дала сбой, элита Татарстана и духовные лица этой республики, все чаще, говоря образно, посылают Кремль куда подальше. Кремль молчит и утирается. А как не утираться, если опереться в национальном вопросе Кремлю уже не на кого, а послать из Москвы или Питера на разборки с этнократией РТ сотрудников ФСБ, СК и МВД Кремль не решается. Поэтому, ситуация, что называется, тлеет, рискуя когда-нибудь вспыхнуть кровавыми столкновениями на национальной почве.
30 октября День памяти жертв политических репрессий, и мы просто обязаны помнить об этом Дне, как Дне, который нам служит напоминанием о жертвах и палачах сталинской кровавой эпохи. Наша память — это оружие, с помощью которого мы бьем ложь, наша память — это учебник, дающий знания нашим детям о тех суровых временах, исполненных скорби и крови, наша память — это наше все! О большевистском терроре написано много и я, ваш покорный слуга, также писал о сталинизме и его жертвах неоднократно. Вот, например, такие работы, как «Бесы», «Реабилитация Сталинизма: путь в концлагеря», «Сталинизм — это рабство» и «Обыкновенные большевики: имена, фамилии, факты». Однако, сказать об этой эпохе в одной или даже в ряде работ невозможно все, и даже если бы такой научный труд был, то и его было бы мало для того, чтобы понять всю трагедию, которую прошел наш русский народ. Здесь, нужны не только знания в цифрах и в документах, ведь чтобы понять всю эту трагедию, нужно самим разумом охватить старые истлевшие сибирские бараки, камеры и коридоры, которые помнят стоны и крики убиенных, нужно увидеть заснеженные и заледеневшие колонны заключенных, идущих с лесоповала, или хотя бы понять того, чей сын или отец ушел на допрос в органы и не вернулся. Можно ли это все прочувствовать? Я не знаю, но я обязан попытаться и, наверное, и вы должны:
«Приговорённых «готовили» в трёх комнатах барака, расположенных анфиладой. В первой комнате — «сверяли личность», раздевали и обыскивали. Во второй — раздетых связывали. В третьей — раздетых и связанных оглушали ударом деревянной «колотушки» по затылку. Потом грузили в машину, человек по сорок, и накрывали брезентом. Члены «бригады» садились сверху. Если кто-то из лежащих внизу приходил в себя, его «успокаивали» ударом «колотушки». По прибытии на полигон людей сбрасывали по одному в заготовленную яму, на дне которой стоял Матвеев. Он лично стрелял каждому в затылок. Так он «приводил в исполнение» человек по 200–250 за «смену». 4 ноября работа была закончена. Всего были расстреляны 1 111 человек — один по ходу дела умер, а четверо были истребованы и этапированы в следственные тюрьмы. Михаил Родионович Матвеев с формулировкой «за успешную борьбу с контрреволюцией» был награжден орденом Красной Звезды — «преуспел в невозможном»!» — (Александр Черкасов. Преуспевший в невозможном. «Ежедневный журнал», Москва, 27.10.2007).
Только что я показал ту рутинную «работу», которой занимался капитан М. Р. Матвеев. Однако, того самого М. Р. Матвеева, как говорится, съели свои же — вот прошу рассмотреть выписку из протокола допроса обвиняемого Матвеева Михаила Родионовича от 13 марта 1939 года:
«Следователь:
— Вы принимали участие в операциях по приведению приговоров в исполнение над осужденными к высшей мере наказания?
М. Р. Матвеев:
— Да, в таких операциях я принимал участие неоднократно, начиная с 1918 года, с перерывом с 1923 по 1927 год.
Следователь:
— Были ли вы командированы в период с 1937 года на операцию по приведению приговоров в исполнение в НКВД Карельской СССР?
М. Р. Матвеев:
