В офисе Ярцев появился рано, посмотрел вечернюю почту, подписал бумаги. В восемь пришла секретарь. Он слышал, как Анна Андреевна ходит по приемной, поливает цветы.
День у Ярцева начался как-то странно. Он начался с ночного звонка Софьи. Идиотского и наглого. Ярцев снова разозлился, вызвал главу юридического отдела. Обрисовал ситуацию. Опытный юрист не удивился, слушал внимательно, вопросы задавал по делу.
Юрист как врач или священник — обязан хранить профессиональную тайну.
— Понял, Дмитрий Игоревич. К обеду принесу договор, — юрист вышел из кабинета, а в душе Дмитрия поселилось непонятное беспокойство.
И вдруг он понял — это не беспокойство, это волнение от предстоящей встречи с Софьей. Только этого ему и не хватало — переживать из-за свидания с Клушей! Разумеется, надо держать ухо востро — кто знает, что эта курица еще придумает?
В обед Дмитрий снова отправился в любимое кафе Софьи. Она уже сидела за столиком у окна, в бесформенной одежде, с волосами, забранными на затылке в пучок.
Ярцев положил перед Софьей договор:
— Читай.
— Добрый день! — лучезарно улыбнулась ему Клуша. — Спасибо, что нашел время принести договор лично.
Она откровенно издевалась. Ярцев шумно отодвинул кресло и сердито сел напротив Софьи, заказал кофе и сверлил Клушу глазами, пока та медленно вникала в суть договора.
— А в суде он будет иметь силу? — поинтересовалась Софья.
— Нет, — ухмыльнулся Дмитрий. — Кто ж такой бред примет к рассмотрению?
— Тогда зачем он нужен?
— Ты захотела, — пожал он плечами.
— А что же ты не сказал об этом?
— Не маленькая, сама должна соображать. Это джентльменское пари. Так что не сомневайся, я тебя на деньги не кину. И тебе не советую этого делать, — зря он добавил последнюю фразу. Клуша всегда была патологически честной и щепетильной.
Софья отодвинула бумаги, посмотрела в глаза Дмитрию.
— В другое время я бы ни за какие блага мира не стала иметь с тобой дела. Но так сложились обстоятельства. Я буду на тебя работать. Это именно работа, ничего больше. Деньги на мою с сыном поездку вычти из моего вознаграждения. На брендовые шмотки для меня можешь тратить сколько пожелаешь — я в этом ничего не понимаю и после пари все тебе верну до последних чулок.
— Зачем? Себе оставишь. Мне они не нужны.
— Мне они тоже не нужны. Носить некуда, — отрезала Софья. — Дальше — никаких интимных отношений.
— В договоре это прописано.
— Раз договор не имеет юридической силы, то не лишним будет повторить.
Тем не менее, Софья подписала договор, Ярцев тоже поставил размашистую подпись, забрал свой экземпляр.
Клушина протянула Дмитрию руку:
— Договор на честное слово. Удивишься, но я тебе верю.
Дмитрий пожал ее руку. Ладонь у Софьи была узкой и прохладной.
Неожиданно для себя Ярцев поцеловал руку Софьи. Она замерла и уставилась на него испуганными глазами:
— Ты это зачем?
— Скрепил договор печатью, — улыбнулся он.
К Софье нужен особый подход. Дмитрий усмехнулся, наблюдая за реакцией Клуши. Однозначно, рук ей никто не целовал.
— Десять дней на Лазурном Берегу устроит? — поинтересовался Дмитрий.
— Лазурный, который во Франции?
— А есть другой?
— Под Алуштой. Село Лазурное.
— Мда, — вздохнул Ярцев. — Не знал о нем.
— Франция отпадает. У нас с Максом нет визы, оформлять долго, времени на это нет — школа на носу.
— Ладно, — кивнул Дмитрий. — Кипр? Турция?
— Можно и поближе, — пожала плечами Софья. — Не обязательно за кордон ехать.
— Я еду с вами, не будем терять время, займемся твоей внешностью уже в ближайшие дни. Мне удобнее Кемер, там есть подходящие отели на берегу.
— Хорошо. Максу главное море. Он о нем давно мечтает.
Особого восторга в голосе Софьи Дмитрий не уловил. Разумеется, она же не знает, в каком отеле он поселит ее и Максима.
— Жить будем в разных номерах, — напомнила Софья.
— Разумеется.
— У тебя сейчас время есть?
Дмитрий глянул на платиновый Ролекс:
— Полтора часа до совещания. А что?
— Поехали ко мне, познакомлю с Максом. Нам предстоит провести десять дней вместе. Хочу узнать мнение сына.
— О поездке?
— О тебе, — во взгляде Софьи Ярцев уловил насмешку.
Ярцев хотел купить сладостей для Максима, но Софья категорически отказалась:
— Нечего к нему подлизываться. Не пытайся завоевать уважение моего сына с помощью конфет. У нас с тобой чисто деловые отношения, и не надо в это вмешивать Макса.
Пятиэтажная хрущевка, где жила Софья, стояла практически в центре города. Во дворе буйно цвели мальвы, бархатцы и петунии, напоминая о палисадниках в деревне. В тени лениво лежали две кошки, на лавке у подъезда сидели бабушки, что-то показывая друг другу в мобильниках.
Эдакий кусочек глубинки в центре мегаполиса. Когда Дмитрий первый раз приехал к Софье, его несколько удивило отсутствие забора вокруг двора. Старушек на скамейке не было, а на цветы он не обратил внимания.
Квартира Софьи располагалась на втором этаже. Подъезд на удивление чистый. Шаги гулко отдавались на лестничной клетке.
Софья распахнула дверь:
— Проходи, — кивнула Дмитрию.
В коридор выскочил семилетний мальчишка и замер, увидев Ярцева.
— Здравствуйте, — нерешительно проговорил он.