— За несоответствие занимаемой должности и регулярные опоздания.
Такого не было. Софья в жизни не опаздывала. Ни в гимназию, ни в институт, ни на работу.
— И что, приказы есть? Меня с ними не знакомили, — зло усмехнулась Софья. — Я свои права знаю и просто так вы меня отсюда не вышвырните.
— Умные все стали, — оскалилась Жанна Константиновна. — Выучили на свою голову.
— Есть трудовое законодательство, и я требую его соблюдения.
— Она еще что-то требует! — хлопнула ладонью по столу начальница отдела кадров.
— Передайте боссу, что я напишу на него заявление о сексуальных домогательствах, — пообещала Софья.
— А доказательства у тебя есть? — недобро прищурилась Жанна Константиновна. — Твое слово против его. И кто тебе поверит? Кто ты, и кто он? Да ты просто мечтала под него лечь, чтобы получить повышение по службе. Это все знают. Свидетелей море, как ты на него на корпоративе вешалась.
Хотя Софья ни на кого не вешалась, но свидетели найдутся, если босс прикажет. И скажут то, что он велит.
— Только попробуйте уволить меня по статье, — предупредила Софья.
— И что, судиться будешь?
— Буду, — терять ей нечего.
Значит, будет таскаться по судам, нанимать адвоката. И где на все денег взять? Да и будет ли толк?
Но без боя она не сдастся, пусть даже не мечтают. Домогательство доказать не сможет, но и вышвырнуть себя из фирмы как нашкодившую собачонку не позволит. Она отдала этой паршивой конторе пять лет жизни. Лучшие годы! Софья разозлилась не на шутку.
Ради чего она поступила на заочный в Эконом? Ради чего оплачивает эту проклятую учебу? Ей же обещали повышение после получения второго высшего. И кому оно теперь нужно? Кто ей вернет деньги и нервы?
— Иди, — небрежно махнула рукой Жанна Константиновна. — Освобождай рабочее место.
— Успею, мне спешить некуда, — огрызнулась Софья. — Подложные приказы — это должностное преступление.
— Да ты мне угрожаешь, мышь беззубая? — заорала Жанна Константиновна.
— Предупреждаю об ответственности. И не надо меня оскорблять, — Софья с достоинством вздернула подбородок и покинула кабинет.
Пора подыскивать себе новую работу. Быстро это вряд ли получится. И на что жить? Сотрудники отдела тревожно уставились на Софью, когда та вошла в кабинет. Софья подошла к Анжеле:
— Ну что, подруга, пойдем в обед в кафе? Угощаю!
— Что, не увольняют? — обрадовалась та.
— Сама ухожу, — с достоинством произнесла Софья.
Из кабинета босса выскочила секретарша Катя с округлившимися глазами и испуганно открытым ртом.
— Дмитрий Игоревич, простите, Роман Алексеевич никого не принимает, — не слишком уверенно пролепетала секретарша. — У нас небольшое ЧП. Зайдите через полчаса, пожалуйста, — умоляюще посмотрела она на Ярцева.
— Катенька, меня он примет всегда, — Дмитрий положил руки на плечи Кате, чмокнул ее в лоб и уверенным жестом отодвинул с дороги. — Ты же знаешь — мы же с твоим боссом давние друзья, — кинул ей через плечо.
— Но Роман Алексеевич сейчас не может принять вас, он слегка… Он занят… Он…
Дмитрий не стал слушать невнятных возражений секретарши и открыл дверь в кабинет приятеля.
— Подождите! — отчаянно крикнула ему в спину Катя. — Он не одет! Он травмированный! Не ходите туда!
Что за бред? Чем травмированный? Дмитрий усмехнулся и закрыл за собой дверь.
— Привет, Роман! — Ярцев окинул кабинет взглядом. И обнаружил Соболева стоящим без штанов у дивана. В руках он держал аэрозольный баллончик с Политенолом. Трусы с золотым орнаментом были непристойно приспущены. Увидев друга, Роман судорожно натянул их почти до подмышек.
— Я занят, — пробурчал он. — Подожди в приемной.
— Да ладно, — махнул рукой Ярцев. — Видел я тебя нагишом в бане. Продолжай, не стесняйся меня. Правда, я не понял, чем ты занимаешься. И даже подумать боюсь об этом. Очень неприличные мысли лезут в голову.
— Хватит острить, мне не смешно! Одна дура плеснула на меня горячим чаем, — Роман нажал на головку баллончика и его содержимое с шипением брызнуло на обожженную кожу. — Сука безмозглая! Сама задницей передо мной вертела, а как до дела дошло — начала из себя недотрогу корчить. Гадина! — поморщился Роман, растирая аэрозоль. — Надо в Ожоговый Центр съездить, показаться специалистам.
— Это что, Клушина тебя так приласкала? — удивился Дмитрий.
— Что за Клушина? Ты о ком?
— Софья. Мы с ней учились в одном классе. Она меня в приемной едва с ног не сбила. Выбежала от тебя как сумасшедшая.
— Она и есть сумасшедшая. Дура бешеная! Она по мужу Коршунова, — пробурчал Роман. — Зафиксирую ожог и обращусь в полицию. Сонька у меня повертится, как уж на сковородке. Я ей этого не спущу! Будет в ногах ползать, ботинки мои облизывать!
— Успокойся, — усмехнулся Ярцев. — Клуша всегда была с придурью. Правдолюбка и серая мышь. Ты на нее что, запал? Нормальных баб нет? Катя хотя бы… Или Снежана. Очень даже ничего.