– Что ты за девушка такая? Обычно бывает наоборот: девушки тащат по магазинам, а мужчинам не хочется идти. Тут я сам готов купить всё, что пожелаешь, но ты ничего не хочешь, – шуточно сказал он, глядя, как я закатываю глаза. – Ещё что-то присмотрела, или я пошел оплачивать?
– Так и быть, раз ты так щедр, пойду гляну, что есть ещё, – вздернув подбородок, пошла рассматривать украшения под смешок мужчины.
Когда я подошла к витрине, то замерла. Там на бархатных подушечках лежали три диадемы, и одна из них, что-то мне напоминала.
– Вам нравятся? – спросила продавщица, подходя ко мне.
– Очень красивые, – ответила я, а про себя добавила, что и ценна такая, что глаза на лоб лезут от количества нулей.
– В такой диадеме вы будете словно принцесса, – улыбаясь, сказала она, а меня словно молотком по голове ударили. Принцесса! Точно! На мой, двадцать первый день рождения, мистер М подарил мне почти такую же, только камни там были крупнее. Записка гласила:
Я смотрела на эти дорогущие украшения и не верила. Как я могла забыть об ещё одном мужчине в моей жизни, с которым я должна буду встретиться очень скоро.
Глава 20
– Хотите примерить украшение? Поверьте, такие вещи абы кому не дарят,– продолжала вещать продавщица, а я вспоминала записку. Как я могла забыть про него и своё обещание?
– Что тут у вас? – неожиданно прозвучал голос Мартина за спиной.
– Вашей девушке приглянулись диадемы,– сказала она, улыбаясь так сладко, что я чуть не заскрежетала зубами. Видит, что богатые покупатели, вот и пытается навязать ещё товар.
– Хочешь такую? – спросил директор, подходя и обнимая меня.
– Нет! – слишком резко прозвучало, но у меня не выходили из головы слова дамочки.
– Мартин, а кому дарят такие украшения? – он ведь мужчина, должен знать такие вещи.
– Точно не любовнице, и не знакомой. Такие вещи дарят очень дорогим людям, – ровно ответил он, но руки его напряглись.
– За такой подарок, многое ждут взамен, – тихо прошептала я, надеясь, что меня не услышат.
Все эти годы мистер М не просто так делал подарки. И какие! Он словно намекал, что будет многого от меня ждать. Может даже по-своему берег для себя. А может, он и не только подарки делал, он ведь знает обо мне многое. Вспомнила несколько моментов из жизни, которые решались сами.
Как-то в институте мне пытались намекнуть, что если я хочу остаться на бесплатном обучении, то надо бы заплатить, иначе меня завалят. Я так переживала в тот вечер, проревела полночи на руках Катрин, а утром всё разрешилось. Того преподавателя уволили.
Моего отца чуть не обвинили в махинациях с документами, и тоже, через пару дней всё разрешилось. Отца не уволили, а наоборот повысили. У мамы тоже что-то было на работе, она не говорила, но ходила очень напряжённая. И снова через пару дней ситуация разрешилась.
Я только сейчас осознала, что это всё были не случайности. За моей семьей приглядывали, берегли. И этот покровитель был мистер М! Не трудно представить его желание. А я ведь и так предполагала, что он может пожелать меня.
Хорошо получается, он оберегает меня с детства, чтобы потом забрать. А я сейчас вообще с другим мужчиной, который тоже хочет меня себе. А что, если мистер М хочет, чтобы я досталась ему девственницей?
Мысли то и дело лезли в голову и не давали покоя. Что мне делать?
– Светлана, что то ещё? – выдернул меня из раздумий голос Мартина.
– Нет, поехали домой, – тихо сказала я, отворачиваясь от витрины. Весь настрой пропал, желание схлынуло. Мне надо было подумать.
Директор не задавал лишних вопросов, только хмуро смотрел на меня. Быстро расплатился и вывел из магазина. До здания мы шли молча. В вертолете он пытался меня разговорить, но я просто не слышала, о чем он. Мне не давали покоя мыли о мистере М и моем обещании.
Пока летели домой, солнце стало уже заходить и погружаться в водную глади. Моя жизнь как это солнце, шла к закату. Это ведь были такие прекрасные и яркие отношения с мужчиной, который мне очень нравился, даже больше, я впервые влюбилась! Но как мне поступить?
Когда мы прилетели, директор был не просто хмур, а зол.
– Родная, да что случилось? Всё было так хорошо, и вдруг вот такое. Что тебя беспокоит? – держа меня в крепких руках, спрашивал обеспокоенно.
– Можно, я погуляю одна? – тихо спросила его, отстраняясь и стараясь не заплакать. Держись, Свет, держись. Нельзя показывать свою слабость!
Мартин посмотрел на моё лицо, и, кажется, что-то увидел, потому что молча отпустил и ушел в дом. А я смотрела в его спину и пыталась понять, смогу ли я так смотреть, когда, он меня бросит? И смогу ли я это пережить? Даже сейчас мне очень больно от того, что он расстроен. Но я не знаю, как ему всё объяснить. Одинокая слезинка, предательница, скатилась по щеке.
