Николь – самая любящая мать на свете, на мой взгляд. Она всегда могла найти нужные слова и утешить. Даже когда отец ругался и злился, она была на моей стороне. Если в моей юности во мне видели беззаботного охламона, который может только все крушить и ломать, то она видела будущего сильного альфу, который готов будет учиться на своих ошибках, но для этого ему надо повзрослеть и наделать этих ошибок.
– Не хочу мам, – устало сказал я, стараясь улыбнуться.
– А надо. Ты делаешь только хуже себе. Что скажет Светлана, когда очнется и увидит тебя таким? – спокойно говорила она, присаживаясь рядом.
Мы находились в моей комнате, в спальне. Волчонок продолжала спать на огромной кровати, я сидел рядом на диванчике. Иногда я ложился к ней и обнимал, звал.
– Если она очнется, – грустно сказал я, смотря в любимое лицо.
– Что за глупости, конечно очнется, – уверенно заявила мама, обнимая меня за плечи.
– Я так боюсь, мам. Ну что не так? Почему она спит? – взвыл я, резко вставая.
Я не мог уже усидеть на месте, мне нужно было действовать. Волк чего-то требовал, но я не мог понять, чего. Он словно куда-то просился, звал.
– Мартин, я как раз хотела об этом поговорить. Когда я проходила обращение и еще несколько месяцев после, я словно знакомилась со своей сущностью. Понимаешь, у нас со Светланой всё по-другому. Ты, как и отец, с рождения живешь с волком, вы едины с первого мгновения. Мы же стараемся принять эту сущность. Может, в этом проблема? А может ещё в том, что волчица проснулась слишком рано. Она ведь по сути ещё совсем ребенок и не знает, что делать. Она проснулась принудительно, стараясь выжить, и теперь не знает, как поступить и что делать. Я думаю, что Светлана и волчица увязли где-то в подсознании. Но это только моя теория. Попробуй поговорить с отцом, у вас ведь у обоих есть сила альф, вы чувствуете других волков и членов стаи.
– Спасибо, мама, кажется, теперь я знаю, что делать.
В словах матери был резон. Если всё действительно так, то это объясняет долгий сон пары, несмотря на то, что она физически полностью здорова, а также тягу моего волка к действиям. Я ведь альфа, значит, я могу призвать и приказать. Я вытащу свою пару!
– Родной, что ты задумал? – обеспокоенно спросила мама, когда я резко подошел к кровати, лег рядом со Светланой, прижал её к себе лицом и соединил наши лбы.
– Я вытащу её, – уверенно сказал я, погружаясь в себя и отдавая бразды правления своему волку.
Я чувствовал, что это правильно и это поможет. Осталось только отыскать двух потеряшек, которые заблудились в собственном подсознании.
Светлана
Проснулась я на поляне. На самой настоящей зеленой поляне в лесу. Вокруг цветы и деревья. Даже ветер обдувает. Аромат цветов наполняет лёгкие. И что самое удивительное – чувство абсолютного спокойствия. Я сидела в легком белом платье и наблюдала за полетом бабочек. Как я здесь оказалась? Я же отдыхаю на острове. Почему я в лесу? Да ещё и таком странном.
Тут на меня нахлынули воспоминания о похищении. Клетки, самолет, взрыв!
– Я умерла? – спросила сама не знаю у кого.
За спиной кто-то фыркнул. Удивленно оглянулась. В паре шагов от меня сидела шоколадного цвета волчица с белыми носочками. Пушистый хвост гулял туда-сюда, смешные ушки немного дергались. А взгляд такой понимающий и осмысленный! Она с интересом разглядывала меня.
Если я умерла, то откуда тут животное? Да ещё и такое умное, как мне кажется.
– Ты кто? – спросила её, а она снова фыркнула, и стала подходить ближе.
Как ни странно, я не баялась её. Мне она показалась очень знакомой, но я видела волков только в зоопарке, и такую красавицу там я точно не встречала. Она остановилась и коснулась своей головой моего лба. Тут я услышала чей-то приятный женский голос.
– Я часть тебя, – прошептал мягко голос в голове.
От удивления отскочила от странного животного и стала оглядываться вокруг. Кто-то же должен был сказать те слова, почему я её не вижу? Постепенно до меня стало доходить: раз тут никого нет кроме меня и волчицы, значит, это она говорит? Может я свихнулась во сне, как ещё объяснить говорящее животное.
– Как это? – моему удивлению не было предела. Если это и сон, то очень странный.
Волчица хитро посмотрела на меня и улеглась на мои колени. Руки сами потянулись к её мягкой шерстке, которая в лучах солнца переливалась от золотого до коричневого. Паника отступала, и на душе становилось светло.
– Кто же ты такая? – спросила саму себя. Какая-то мысль всё крутилась в голове, но я не могла ухватить её за хвост.
Почему я в лесу? Куда делись все с самолета? Я умерла после взрыва или это кома? Как ещё объяснить странности вокруг?
Но больше всего меня беспокоил Мартин. Мой дорогой, и, оказалось, любимый молодой человек. Хотя и не человек вовсе, а волк. Вот как он мог мне не сказать, что я буду обрастать шерстью и выть на луну?! Так, стоп. Точно! Волк!
Перевела взгляд на новую знакомую. А она продолжает хитро смотреть на меня, а в глазах так и читается «Ну что, догадалась наконец-то?»
– Ты часть меня, – прошептала я. – Ты это я! Волчица, что во мне, – наконец-то дошло до меня.
