Идти к дому? А вдруг он ждет меня там… Да и спали мы с братом в то время в амбаре, а он стоял немного поодаль от дома. Было просто немыслимо сейчас идти в амбар и ложиться спать. Там найти меня будет проще всего. То, что одурманенный водкой Серега давно забыл про меня и сам завалился спать, мне даже в голову не приходило. Нет, я была уверена, что мне грозит опасность. И путь в сторону деревни для меня пока закрыт. Сидеть в кустах под забором до утра тоже удовольствие сомнительное.
Где-то вдалеке звучали веселые голоса и играла гитара. Прислушавшись, я поняла, что звук доносится с озера. Ну что ж, это лучше, чем ничего! Значит, наши деревенские ребята сегодня гуляют у озера, а не в роще, как обычно. Пробраться в рощу я бы сейчас не рискнула: для этого нужно было пройти через всю деревню. А озеро было в низине, как раз в той стороне, где сейчас находилась я. Конечно, это не обязательно были именно наши. Озеро пользовалось популярностью у всех жителей окрестных деревень. Но чтобы с гитарой и такое многоголосье… Нет, это точно должны быть они!
Размышлять дольше было нельзя. Я боялась, что Серега может передумать и вернуться, чтобы поискать меня еще раз. Поэтому я со всех ног побежала к озеру. Эх, российские грунтовки! Суровые и беспощадные. Темной ночью на дороге совсем ничего не видно. В своей деревне я знала каждый куст. Но выучить каждую кочку на грунтовой дороге через сады было мне не по силам. Тем более рельеф этой дороги видоизменялся после каждого дождя. Так и получилось, что в темноте я на полной скорости кувыркнулась через одну из таких кочек. Разлеживаться было некогда, и я, как гуттаперчевый мячик, подскочила и помчалась дальше. От страха в глазах стояли слезы, этот вечер стал для меня настолько трудным, что сейчас я мечтала только об одном: чтобы он поскорее закончился! Были последние выходные лета. Завтра вся молодежь уедет по домам. Останутся только те, кто живет неподалеку. Например, мы с братом и Валя. Сегодня мы должны были попрощаться с Вовкой и Юриком, которые тоже завтра уезжают. Мы даже не успели обменяться адресами. Кто же знал, что мне придется спасаться бегством? У деревенских ребят сегодня тоже своего рода «прощальный вечер». До следующего года. Но когда я бежала в этой кромешной тьме, вся в слезах, спасаясь от невидимой погони, я об этом не думала. У меня была лишь одна цель – добежать!
Я даже не вспомнила о том, что брат, скорее всего, снова меня прогонит. Что его друзья не захотят и слышать о том, что я не могу сейчас вернуться в деревню. Что я буду лишней. Я чувствовала, что могу быть в безопасности только там, где есть другие люди. И все действительно пошло совсем не так, как бывало прежде.
Увидев меня, ребята сначала оторопели. Нет, иногда я приходила к местам их гулянок, но обычно украдкой или с кем-нибудь из старших. Сейчас же я одна прибежала ночью на озеро, растрепанная и заплаканная. Уже по моему внешнему виду было понятно, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Выгонять меня не стали. Наоборот, окружили со всех сторон, а брата, направившегося ко мне с намерением немедленно выставить меня из компании, попросили подождать. Все наперебой стали расспрашивать меня, что случилось. Один из парней участливо спросил, где это я так порвала джинсы. Лишь в этот момент я обратила внимание на свое саднящее колено и увидела разорванные джинсы и содранную кожу под ними. Падение на кочке не прошло бесследно. И все же здесь, у костра, в окружении их знакомых лиц, под действием их доброжелательных голосов, я окончательно успокоилась и пришла в себя. Мне стало тепло, уютно и не страшно. Впервые за весь этот долгий сумасшедший вечер я почувствовала себя в безопасности.
Я рассказала все, как было. Девочки проявили к истории повышенный интерес, одна из них пару раз предложила отойти с ней ото всех и рассказать поподробнее, вдруг я что-то утаиваю от парней. В глазах же у нее читалось не столько участие, сколько неуемное девчачье любопытство. Отходить и делиться «подробностями» я с ней не стала. Просто ответила, что добавить к этому нечего. По кругу, как всегда, ходила бутыль самогона. Успокоившись, ребята выпили еще по одной и… напрочь забыли про меня. Нет, мне помогли промыть рану водой из озера, усадили поближе к огню, дали погрызть что-то из закуски и попить водички, а потом вообще перестали замечать меня, словно я всегда была тут. Никто не прогонял меня домой! Никто не стеснялся петь при мне песни под гитару, даже матерные. Никто не переживал, что я могу рассказать о чем-то бабушке. Им вообще не хотелось прерывать свою гулянку. И я осталась.
Заглянуть в будущее
