— Тссс, один день ничего не изменит, — его нос прошелся по моей шее. — Доверься мне, малышка. В этот раз мы все сделаем правильно. От тебя так вкусно пахнет, надеюсь, ты взяла этот гель?
Я даже растерялась: на кону жизнь нашей дочери, а он интересуется каким-то гелем.
— Не знаю, мама собирала вещи в ванной.
— Ирина Юрьевна чудесная женщина, теща у меня мировая, уверен, она не забыла твой любимый гель для душа, или чем от тебя пахнет.
— Теща? — встрепенулась я. — Я еще не вышла за тебя замуж.
— Это ненадолго, завтра в десять у нас покупка свадебного платья, в одиннадцать у тебя запись в салоне красоты, а в три у нас регистрация.
— Чтоооо? Ты меня спросил?
— Спросил, ты ответила "нет", поэтому я самостоятельно принял решение.
— Но я… — я развернулась в кольце его рук, и злобно пыхтела, но уже знала, что проиграла.
— Ты — моя, малышка, — его поцелуй был совершенно невесомым. — Мы оба это знаем. Пойдем в душ, я тебя помою, и будем спать, завтра тяжелый день, тебе нужно хорошо выглядеть, чтобы наши дети, глядя на наши свадебные фотографии, знали, что их мама счастлива.
Я могла бы сказать, что буду счастлива, только когда моя дочь поправится, но к чему сотрясать воздух, он и так все это знал. Я подчинилась, как и сотни раз до этого.
Макар.
Подхватил малышку на руки и понес в ванную. Еще прежний хозяин квартиры установил здесь душевую кабинку и джакузи. Девочке надо расслабиться, поэтому выбрал последний вариант. Поставил Марину на ноги, сам занялся приготовлениями.
— Раздевайся, — приказал негромко, совсем как раньше, услышал шорох одежды, но не стал оборачиваться, чтобы не смущать ее еще больше. У меня вся жизнь впереди, чтобы насмотреться на ее совершенное тело.
Разделся сам, стоя все также спиной к Марине. Перешагнул бортик и опустился на дно джакузи с пеной, пахнущей шоколадом.
— Иди ко мне, — протянул руку, и она доверчиво вложила в нее свою, аккуратно переступила и спустилась ко мне, без возражений усевшись между моих ног, слегка вздрогнув, почувствовав ягодицами напряженный член.
Я не дал девочке шанса отстраниться, привлек ее к своей груди, положив одну ладонь на живот, другую на шею. Малышка с шумом втянула воздух в легкие, но я больше ничего не делал, даже пальцы замерли на ее шелковистой коже.
— Закрой глаза, — прошептал ей на ушко, поглаживая пальцами тонкую шейку, напоминая и себе, и девочке, как красиво смотрелся на ней ошейник. Марина сглотнула, повернула голову ко мне, наши взгляды встретились. Вызов. Малышка ослушалась приказа, и ждала, как я отреагирую. Проверка. От того, как я сейчас поступлю, будет зависеть вся наша следующая жизнь.
— Ты ослушалась моего приказа, — тихо проговорил ей в губы. — Ты помнишь, что ждет тебя за это?
— Ты накажешь меня сейчас? — с недоверием спросила интриганка.
— Наказания бывают разные. Я не причиню тебе боли, пока ты сама не попросишь об этом, но сейчас я накажу тебя по-другому, — говорил я тихо размеренным голосом, налив гель для душа на ладони, растирая ими плоский животик.
Приподнял ее ягодицы, усадив ее попой на свои бедра, раздвигая коленями ноги, раскрыл ее для своих ласк. Левая рука все также лежала на шее, не давая ей подняться с моей груди, правая скользила по телу. Живот, бедра, живот, грудь. Я ласкал все ее тело, намеренно избегая соски и сладкого местечка между ног. Стоящий колом член упирался в ямочку на пояснице, и больше всего на свете я хотел войти им в любую из дырочек, но, прикусив губу изнутри, сдерживался из последних сил, распаляя малышку, пока не услышал ее первый стон удовольствия. Тогда моя рука скользнула между ее ножек, поглаживая набухшие складочки, проникая в узкую дырочку и вокруг клитора, не задевая его.
Марина заерзала, пытаясь подставить под мою руку свое лоно, нещадно скользя по члену, и я взорвался, но сумел подавить стон, до крови прикусив нижнюю губу. Благодаря тому, что мы были в воде, Марина не заметила моего позора.
— Пожалуйста, — взмолилась она, пытаясь свести ноги вместе, но я не позволил.
Тогда Марина положила одну свою руку на грудь, сжав сосок, другую — между ног, погладив клитор, томно простонала, откинувшись на мою грудь. Я позволил ей это, чтобы тут же приказать:
— Руки на бортик.
Девочка немедленно подчинилась и прошептала:
— Пожалуйста, не мучай меня.
— Любимая, я не мучаю, я наказываю.
— Макар, пожааааалуйста. Ты хочешь, чтобы я умоляла? Или мне снова называть тебя Господином? Или хозяином?
— Нет, Голубоглазка, — прошептал, целуя ее шею за ушком. — Просто выполняй мои приказы. Скажи, ты ведь скучала без моих приказов?
Маленькая вредина отрицательно помотала головой, и я глубже ввел два пальца между складок, погладив ими стенки влагалища, задевая пресловутую точку джи. Остановился за секунду до взрыва.
— Ааааах, — разочарование. — Д-да. Скучала, — признание далось Марине нелегко.
Подушечкой большого пальца надавил на клитор, одновременно поглаживая пальцами изнутри, и другой рукой сдавив сосок. Взрыв был моментальный и бурный.
