Эта книга для тех, кто согласен с афоризмом: «Чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся собаки».Автор рукописи – пёс Пузик, победитель британской версии «Минуты славы». Эта собака остроумнее, наблюдательнее и намного человечнее многих наших знакомых. А еще и замечательный писатель. Это одна из лучших книг на тему «о нас с вами их глазами». Их – собачьих то есть.
Annotation
Эта книга для тех, кто согласен с афоризмом: «Чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся собаки».
Автор рукописи – пёс Пузик, победитель британской версии «Минуты славы». Эта собака остроумнее, наблюдательнее и намного человечнее многих наших знакомых. А еще и замечательный писатель. Это одна из лучших книг на тему «о нас с вами их глазами». Их – собачьих то есть.
Пёс Пузик
Слово Гавтора
Пёс Пузик
Моя собачья жизнь
Перевод с английского книги «Pudsey. My Autobiography»
Печатается с разрешения автора и издательства Little, Brown Book Group Limited при содействии литературного агентства Nova Littera Ltd.
Слово Гавтора
Да, это я. Пес из телевизора. Половина танцевального дуэта «Эшли и Пузик». Говорят, что я теперь самая знаменитая четвероногая звезда в мире, но я не забиваю себе этим голову. Я бы мог появиться в «Вечернем шоу» у Джея Лено, и меня бы стали сопровождать толпы поклонников, но ничто так не увлекает меня, как белка, перебегающая дорогу прямо у меня под носом. Да, я по-прежнему живу собачьей жизнью, но эта жизнь стоит любой другой. Поэтому когда мне предложили о ней написать, я сразу же ухватился за эту возможность. Я немного погонялся за своим хвостом, может быть, немного полаял, почесал за ухом задней лапой и задумался, как же все-таки мне взяться за перо? Ведь я всего лишь пес. Да, мы, собаки, разговариваем между собой, как всякие животные, но единственное, чего мы не умеем, – это писать. Ведь правда?
С другой стороны, только одна собака в мире может назвать телеведущего Саймона Коуэлла своим лучшим другом. Когда дружишь с человеком, который превращает мечты в реальность, возможно все, как говорится.
Вот и моя история – от раннего щенячества до национального шоу: я поделюсь с вами своими мыслями и взглядами на многие важные вещи. Должны ли мы бороться за право на добавку? Почему по телику не крутят все время «Маленького бродягу»? Такса – благородная порода или причудливая помесь ротвейлера, выдры и белки? Ладно, ладно, может быть, никто не в состоянии ответить на эти вопросы, но я готов поделиться с вами всем, что знаю сам (кроме адреса лучшего мясника в Веллингборо – это останется моей тайной до самой могилы). Я мог бы прожить всю жизнь, зарывая и отыскивая потом вкусные косточки по саду. Однако я предпочел другую добычу, и, я надеюсь, вам понравится результат – стоит только перевернуть эту страницу.
Пролог
Бьюсь об заклад, сама Лэсси никогда не испытывала такого стресса.
Огромная телевизионная студия была заполнена людьми, но не было ни одной собаки – кроме меня. Я не чувствовал себя одиноким. Эшли несла меня сюда длинными коридорами, прижав к груди, как свернутое одеяло, пока добралась наконец до кулис, где мы должны были ждать своей очереди.
«Мы постараемся изо всех сил, Пузик, – прошептала она мне на ухо. – В конце концов мы будем знать, что сделали все, что могли».
Я взглянул на нее и постарался улыбнуться. Оскал вышел неплохо, поскольку это мое естественное выражение. Но Эшли надо лишь взглянуть мне в глаза, чтобы понять, что со мной происходит. Я старался сохранить спокойствие и хладнокровие ради нее и ради себя самого. Подумаешь, большое дело, повторял я про себя. Как прогулка в парке. Но тут я совершил детскую ошибку – высунул нос, чтобы рассмотреть зал. Насколько я мог видеть, все места были заняты; команда осветителей, звукорежиссеров и операторов делала последние приготовления и настраивала оборудование. Все они ждали нашего выхода.
В мгновение ока спокойствие мое улетучилось. Больше всего меня испугала стойка, предназначенная для жюри, за которой пустовали три стула. Одна мысль о том, кто вскоре воссядет там и будет судить наше выступление, вызвала у меня дрожь и трепет. Эшли мгновенно уловила мое состояние. Она крепко обняла меня и прижалась щекой. Рядом с нами стояла мама Пенни и, конечно, бабушка, наш счастливый талисман. Они тоже обняли Эшли. «Пузик не подведет, – произнесла Пенни. – Он настоящий борец». Но сам я как-то неожиданно потерял в этом уверенность.
С Эшли мы тренировались целую вечность, а теперь я чувствовал, что еще чуть-чуть, и я превращу нас в посмешище. Мы много раз повторяли свой номер, но сейчас я никак не мог припомнить, с чего мне начинать. И все, что должно было последовать за началом, совершенно перепуталось в моей голове.
