Туполев Андрей Николаевич.
Петляков Владимир Михайлович.
Сухой Павел Осипович.
Люлька Архип Михайлович.
Ильюшин Сергей Владимирович.
Микоян Артём Иванович.
Гости расселись за длинным столом и молча стали переглядываться между собой, одновременно поглядывая на Сталина и на него, Берию. Некоторое время в кабинете царила тишина. Сталин раскуривал знаменитую трубку а он перебирал бумаги в своей толстой папке. За её содержимое иностранные шпионы и разведчики отдали бы всё что могли, знай они об этом. Сегодня утром её доставил Лаврентию особый спецкурьер с охраной и с тех пор папка была постоянно при Берии.
Пыхнув дымом, Вождь начал медленно, по своему обыкновению, прохаживаться по кабинету, разглядывая прищуренными глазами посетителей.
– Я попросил вас собраться сегодня здесь, у меня, по одной простой причине! – наконец, заговорил Иосиф Виссарионович. – Вы все являетесь самыми выдающимися конструкторами нашего советского воздушного щита. Ваши истребители, штурмовики, бомбардировщики уже совсем скоро начнут защищать нашу с вами Родину. И именно от вас зависит смогут ли они выполнить эту непростую задачу.
Конструкторы, директора КБ и авиазаводов, внимательно слушавшие Сталина, переглянулись. Видимо, понимание ответственности упавшей на их плечи после слов Вождя, проняло их и заставило мысленно собраться. Берия знал что выполнение того что хотел от них "Коба" не будет таким лёгким делом. Многие из этих людей конфликтовали друг против друга, подсиживали, пытаясь протолкнуть в войска именно свою машину, при этом всячески обливая грязью конкурентов. Естественно, это авиационное интриганство не шло на пользу дела и командование ВВС не раз обращало на это внимание самого Сталина. Что ж, теперь они получат втык от Самого… Так сказать, последнее предупреждение. Если же и это не поможет, то придётся ему, Берии, принимать жёсткие меры в отношении них.
– Я знаю, что вместо того чтобы совместно работать на общее дело и поднимать обороноспособность страны вы, товарищи, всячески собачитесь между собой, некоторые даже пишут доносы чтобы опорочить своего коллегу перед соответствующими органами. И иногда это у них даже получается… – грозно сказал Иосиф Виссарионович, обведя взглядом всех присутствующих.
– Некоторые из тех что сидят здесь, на себе ощутили что такое ложный донос… Я говорю о товарищах Петлякове, Туполеве, Григоровиче, Поликарпове. К сожалению, из-за ошибки следователей, не разобравшихся в деле, эти товарищи были осуждены и провели в местах заключения много месяцев и даже лет. От лица нашего государства я хочу попросить у вас прощения! – неожиданно закончил Сталин, отчего Берия изумлённо вскинул брови.
Этого не было по плану, видимо, Вождь решил сымпровизировать. Уже два дня назад, по прямому распоряжению Сталина, Лаврентий отдал приказ органам НКВД начать массово освобождать из лагерей и мест заключения сотни авиационных специалистов, из тех кто сумел выжить и не был расстрелян. Директора заводов, конструкторы, специалисты по двигателям… Все они свозились в Москву и, после недолгих формальностей, отпускались к семьям. В начале мая планировалось собрать отдельно тех кто занимался истребителями, штурмовиками, бомбардировщиками и поселить их в специальных местах с круглосуточной охраной, вместе с семьями. Нет, они могли выходить с охраняемой территории и прогуливаться по городу, но только вместе с охраной. Конечно, следить за сотнями человек одновременно было довольно трудно, пришлось для этого откомандировать в Москву множество сотрудников из других городов. А ведь тоже самое уже совсем скоро должно было произойти со специалистами в бронетанковой техники и артиллерии… Представив сколько людей потребуется для того чтобы обеспечить такую охрану, Лаврентий слегка поёжился. Пожалуй, нужно попросить у "Кобы" разрешение собрать всю эту толпу в одном месте и запретить выходить по одному. Тогда количество охраны можно сократить. Лучше всего было бы вообще снять охрану, раз уж их освободили но Сталин опасался того что немцы, пользуясь информацией нациста из будущего, попробуют устранить нужных ВВС людей чтобы приобрести дополнительные козыри, одновременно вырвав их у СССР. Эта мысль была логичной и Берия был намерен отнестись к охране авиаспециалистов со всей серьёзностью.
Ответом на неожиданную фразу Вождя стали ошарашенные взгляды присутствующих. Чтобы Сталин просил прощения? Может, им это послышалось? Но через несколько секунд они пришли в себя и тихо забормотали:
– Товарищ Сталин, да мы понимаем..
– Иосиф Виссарионович, никто тут не обижается на вас, правда ведь?
Все истово закивали, одновременно соглашаясь с тем что произошла ошибка, с кем не бывает?
– Очень хорошо, товарищи! – улыбнулся Сталин, весело блеснув прищуренными глазами. – Тогда продолжим. Позавчера многих ваших друзей и коллег, несправедливо обвинённых и осужденных, начали выпускать на свободу. После того как они встретятся с семьями и немного отдохнут, вы совместно приступите к своей работе.
