– Дорогая, нельзя же так наплевательски игнорировать слова нашего любимого фюрера! Я понимаю что тебе не интересны его мысли но можно было хотя бы попытаться скрыть это и не выказывать так явно своё равнодушие! – и невинно улыбнулась.
Вот стерва! Ева почувствовала что в ней внезапно поднимается гнев против этой ухоженной гадины, которая то и дело отравляла ей жизнь. С трудом сдержавшись, она ответила ей:
– Это неправда, фрау! Просто… – девушка замялась, не зная как оправдаться. – Я думала о том как тяжело сейчас нашим солдатам в Норвегии и… на Западе. Как они тоскуют по своим семьям! А их жёны и подружки ждут своих мужчин домой..
Насупленные брови Гитлера разгладились и он сокрушённо откинулся на спинку своего кресла:
– Да-да, понимаю… Типичные женские мысли! Что ещё ожидать от Евы? Никакого понимания стратегического момента и чаяний великого германского народа! Наши солдаты завоёвывают жизненное пространство для своих детей, понимаешь? Там будут жить новые немцы! А доля наших женщин – ждать и надеяться! Верно, Магда? – обернулся он к жене Геббельса.
– Конечно, мой фюрер! – с жаром подтвердила та, украдкой от мужа очаровательно улыбнувшись Гитлеру. – Я отлично это понимаю и готова ждать своего Харальда столько сколько нужно! Уверена, что и все другие НАСТОЯЩИЕ немки тоже это понимают! – выделила она слово.
Ева только головой покачала. Она подозревала что Магда втайне завидует её близости к фюреру и совсем не прочь оказаться на её месте. Секретарши шептались что раньше жена Геббельса вовсю флиртовала с ним и только сам Гитлер был причиной тому что Магда так и не решилась изменить мужу с фюрером, хотя до этого, в первом браке, замужество не помешало ей увлечься молодым студентом, к тому же, евреем. Всё закончилось для него печально а Магда, встретив Йозефа, вышла за него замуж во второй раз, хотя и была очарована больше Гитлером чем его соратником. И с каждым разом Ева находила этому всё больше подтверждений.
– Вот! – вскинул Гитлер торжествующе свой указательный палец. – Недаром я твердил тебе, Ева, что именно такой и должна быть настоящая германская женщина! Мать и превосходная домохозяйка! А ты высказывала мне всякие порочащие про неё слухи..
– Можно узнать какие именно слухи, мой фюрер? – медовым голосом осведомилась Магда, но её взгляд, кинутый в сторону девушки, был остёр как кинжал.
Тот смутился и отмахнулся:
– Не важно, Магда! Всё равно я ни на грамм им не поверил… Так вот, Ева! – снова он вернулся к болезненной для неё теме: – Я хочу чтобы ты вела себя как жена моего верного соратника и ни в коем случае не порочила её честь! Бери с неё пример!
– Хватит!!! – неожиданно для всех и, прежде всего, для самой себя закричала Ева и вскочила с места, пылая гневом. Она пыталась сдержаться но на этот раз её хладнокровие и сдержанность рухнули. – Адольф, не смей мне приказывать быть похожей на эту тайную шлюху, у которой был еврейский любовник! Я, в отличии от неё, настоящая немка и никогда бы не запятнала себя грязной связью с презренным евреем!
– Что?! – мгновенно вскочила фрау Геббельс, сверкая глазами. – Да как ты смеешь, шлюха?! Я тебя сейчас!.. – побежала она вокруг стола чтобы вцепиться Еве в волосы. Та, сверкая глазами, сжала кулаки, с наслаждением мечтая как сейчас отомстит этой старой развалине.
Её муж попытался задержать жену но смог поймать только подол платья. Женщина дёрнулась и ворот распахнулся, открыв всем на обозрение её грудь в белом лифчике. Оцепенев, Йозеф растерялся и выпустил Магду. Она, даже не заметив беспорядка в одежде, накинулась на Еву и кабинет наполнился истошным женским визгом.
Гитлер, приоткрыв рот, удивлённо смотрел на дерущихся дам а Геббельс, вскочив с места, неуклюже захромал на помощь жене.
Ева ухитрилась извернуться и правой рукой слегка задеть Магду рукой по щеке, отчего у той появилась царапина. В следующую секунду более тяжёлая фрау Геббельс повалила её на пол и вцепилась в волосы. Девушка, охваченная злостью, сделала то же самое, разрушив искусную причёску соперницы.
– Ах ты дрянь! – шипела разъярённая Магда, дёргая Еву за волосы, из-за чего та чувствовала сильную боль и унижение. – Я научу тебя уважать фюрера и его друзей, дерзкая сучка!
– Старая кляча! – кричала Ева, пытаясь намотать на кисть чужие волосы и, одновременно, отбиваясь от её мужа. – Сама была развратной потаскухой которая готова лечь с кем попало, теперь и меня такой же хочешь сделать?! Ну уж нет! – и плюнула сопернице в лицо.
Ахнув от неожиданности Магда выпустила её волосы и только хотела залепить пощёчину как раздался разгневанный крик Гитлера о котором, в пылу ссоры, все умудрились забыть:
– Прекратить немедленно!!!
В кабинете тут же воцарилась тишина и все застыли в той позе в которой были. Геббельс, наклонившись, стоял держа одну из рук Евы. Его жена, сидя на ней и вцепившись в волосы, повернула голову. С растрёпанной причёской, царапиной на щеке и распахнутом платье она выглядела абсолютно противоположно своему обычному виду ухоженной, безупречно одетой и спокойной.
