Все разом повернулись в мою сторону. Уж не знаю, с чем это было связано. Возможно, стечение обстоятельств, возможно, я слишком сильно хлопнула створкой, чем и привлекла это всеобщее внимание к себе. Разговоры стихли. Одним взглядом я охватила всех присутствующих, и сердце екнуло от страха, когда мое внимание к себе приковал ОН. И стоило нашим взглядам схлестнуться, как я забыла обо всех. Они остались вокруг нас размытым пятном, как будто странные искажения реальности, заполняющие фон.
Короткий вдох. И сердце замедляет ход, когда вижу, как в глазах Давида загорается такой знакомый мне огонь. Этот огонь с каждым мгновением становится жарче, ярче, и мне уже трудно сделать вдох, потому как я вся начинаю гореть от желания к этому мужчине.
Мне уже не важен никто, я хочу лишь одного: чтобы мы оказались наедине. Хочу почувствовать его сильные руки на своем теле. Хочу ощутить то дикое необузданное вожделение, с которым он будет сминать на мне одежду и входить в мое тело, резко, жестко… Так, как я люблю.
– Милая! – вырвал меня из фантазий громкий оклик отца, и все звуки вернулись.
Я вся залилась краской. Мне даже стыдно было представить, как я сейчас выгляжу.
– Пап, извини. Не смогла удержаться, – виновато опускаю взгляд в пол и подхожу к отцу.
Незнакомый мужчина с похотливым липким взглядом продолжает не сводить с меня глаз, я чувствую это и уже жалею о том, что повелась на приказ Давида и вышла сюда. От мужчины исходит реальная опасность, я это ощущаю инстинктивно. Будто почувствовав мой испуг, между нами вдруг оказывается Давид. Он меня оттесняет, и тут я понимаю, что ошибалась, когда подумала, что этого мужчину и Давида связывают одинаковые эмоции, которые они испытывают ко мне. От Давида исходит чистый здоровый запах секса, а вот мужчина, который стоит рядом с отцом, источает что-то нездоровое и… жуткое.
– Ну, что ж, – крякнул недовольно отец, – рад, что тебе стало лучше, Алита.
– И ты, старый лис, хотел скрыть от меня столь восхитительное сокровище? – возмутился мужчина.
– Марат, ну что ты такое говоришь? – вскинулся отец, – Алиточке нездоровится уже несколько дней. Вот решил девочку не донимать… Давид, сын мой. Как добрался?
Отец тут же переключил внимание на сына, а я покосилась из-за спины Давида на этого самого Марата, что все так же не сводил с меня глаз. И конечно же для него мой взгляд не остался незамеченным. Его губы растянула самодовольная улыбка, обнажившая ряд ровных белоснежных зубов, а меня аж покоробило от его оскала.
– Отлично добрался, – сухо отозвался Давид, и я вздрогнула от неожиданности, когда его рука легла на мои плечи, и он прижал меня к себе. – А по сестренке и не скажешь, что у нее что-то болит, а?
В голосе мужчины прозвучал шутливый тон, но это обман. В нем я услышала угрожающее предупреждение для всех. Его пальцы сжали мое предплечье. Я попыталась сглотнуть и смочить пересохшее, как пустыня, горло, чтобы ответить, но не получилось.
– А со мной Марата познакомить не хочешь, отец? – Давид лишь на мгновение задержал на моем лице взгляд и перевел его на отца, а меня как будто завел за спину, пряча от пристального липкого взгляда.
– Ах, да, забыл.
Я посмотрела на отца очень внимательно, так как услышала в его голосе нотки растерянности, что было совсем не свойственно ему.
– А это один из депутатов администрации, Давид. И хороший друг отца. Неужто не слышал о нем? – за нашими спинами послышался голос Николоза, а через секунду появился и он сам.
– Нет, а что, должен? – спросил Давид голосом, полным сарказма.
В какой-то момент я поняла, что совершенно здесь лишняя, и лучше бы мне удалиться. Глазами уже нашла свою мишень – Макса, с которым бы мне хотелось выяснить отношения до конца, и открыла было рот, чтобы сказать, что мне нужно отойти, но не успела.
– Ну, насколько я слышал, ты же в горах живешь?! Так видимо, туда сигналы цивилизации не доходят?
Я почувствовала, как Давид напрягся. Черты его лица заострились. И это означало только одно – зря Марат открыл свой рот, да еще и подшутил над Давидом.
– А я смотрю, в окружении отца шуты завелись? Отец, не знал, что тебе веселья не хватает. Думал, Ника достаточно…
– Ты следи за тем, что говоришь, – прошипел Марат, и я даже немного съежилась в руках Давида от его взгляда.
– Да что ж вы как дети? – вклинился между ними отец, и я с облегчением выдохнула.
Отец как нельзя вовремя.
– Мне нужно отойти, – встряла я, надеясь, что вовремя.
– Стой здесь, – рыкнул Давид и придавил меня к земле своей тяжеленой ручищей.
– Конечно, иди. Ты видела? Максим пришел? – одновременно с ним отозвался отец и запоздало в удивлении кинул взгляд на Давида, когда услышал, что тот сказал. – А ты что-то хотел узнать у Алиты, сын?
– Да, – последовал короткий ответ.
– Так весь вечер впереди. Пусть девочка повеселится. А мы тут потолкуем немного по-мужски. Не думаю, что эти разговоры ей будут интересны.
