Боже, что у него за парфюм?! Дыхание учащается, хочется нюхать ещё и ещё, а лучше уткнуться в широкую грудь Марата и полностью раствориться в этом обалденном запахе. С трудом одёргиваю себя, выуживая из каких-то радужных грёз, как понимаю, что от меня ждут ответа. Не только Ахматгариев, все вокруг молча и пристально смотрят.
— Э… — Паникую, так как не услышала ни слова, а потом натужно улыбаюсь и с лёгким отчаянием продолжаю. — Считаю, что каждый должен тренироваться, исходя из подготовки и индивидуальных особенностей.
Перевожу дыхание. Что бы ни сказал Марат, уверена, что выкрутилась и при этом продолжила стоять на своём.
— Согласен, — неожиданно кивает Ахматгариев и насмешливо смотрит на меня. — У нас примерно два часа. За это время я продемонстрирую свою полную тренировку.
Он перечисляет всё, что будет делать, и девочки повизгивают от восторга, а парни тушуются, явно завидуя чемпиону. Бег, прыжки, отжимания… Какие два часа? Да на всё это и полдня мало!
— Выложусь в полную силу, — серьёзно обещает Марат.
Я же радуюсь, что внезапное безумие не ухудшило моего положения. Стараюсь не думать, почему на меня так подействовал запах Ахматгариева. Не до того сейчас! А тот продолжает:
— Но если не уложишься за это время, то получишь два неуда, по двойке на каждый урок. Не говоря о наказании, о котором я уже упоминал.
— Что? — настораживаюсь. — Куда не уложусь?
— В кроватку, — хихикает один из парней, но под суровым взглядом Лолы съёживается. — Я хотел сказать, что Тыква в неё не влезет…
— Помолчи лучше, — зло шипит подруга и подходит ко мне. Встаёт рядом и смотрит на Марата. — Таня справится. Не сомневайся! Что сложного в том, чтобы пробежать десять километров за два часа?
Холодею, понимая, что странное наваждение, накрывшее от одуряющего запаха мужского парфюма, сыграло со мной злую шутку. Я хотела избежать пробежки, но только что практически обязалась сделать это, если Ахматгариев покажет свою полную тренировку. Как так вышло?!
Стою, прощаясь с остатками репутации.
— Ахматгариев же тебя провоцировал! — шипит Даша. — Мстит за тыкву. А ты так просто поддалась… С ума сошла?
— Ага, — несчастно тяну я. — Лучше и не скажешь!
— Что, если снова в обморок упадёшь? — подруга прижимает ладонь ко лбу. — В прошлый раз тебя парни в медпункт тебя вшестером несли, после того, как Майгуров не удержал.
Щёки заливаются жаром. Хуже дня в моей жизни не было. Я легко пробежала первые два километра, а потом в глазах резко потемнело. Очнулась от затылке — преподаватель, не выдержав ноши, уронил меня на землю. К тому же сам не смог разогнуться. В итоге мальчики нашего курса несли нас обоих. Меня вшестером, а его втроём. Через весь университет! И это было так унизительно, что даже сейчас вспоминать стыдно.
Владимир Сергеевич, после того, как вышел с больничного, больше никогда не требовал от меня большего, чем игра в волейбол.
— Отступать не стану! — говорю уверенно и размахиваю руками, разминаясь. — Да я каждый день преодолеваю расстояние в два раза больше!
— На велике, — тихо говорит Лола.
— Я справлюсь! — убеждаю её, хотя сама не уверена. Но злость разливается по венам жидким азотом и не даёт отступить. — Неудами он тут разбрасывается… Эй, чемпион!
Марат оборачивается, а я решительно выпаливаю:
— Если я пробегу десять километров раньше, чем ты закончишь всё, что заявил, то два неуда и наказание получаешь ты!
Ахматгариев прищуривается, и я скрещиваю руки на груди.
— Что? Испугался?
Он идёт ко мне и протягивает ладонь.
— Идёт.
Жму его руку, а сама собираюсь с силами. Я доползу до финиша, даже если у меня лопнут брюки! И уложусь в нужное время, потому что уже знаю, что потребую от Ахматгариева. Мне во что бы то ни стало нужно победить.
(Нокаут — ситуация, при которой боксёр уже не может продолжать бой).
По свистку Марата начинаю бег, и меня тут же обгоняют и парни, и девушки. Лишь верные подруги остаются рядом, показывая взглядами, что не бросят меня ни при каких обстоятельствах, и я улыбаюсь, мысленно посылая Лоле и Дашке лучики любви.
Ведь мне жутко неловко! Я крупная, и этого не скрыть ни мешковатыми одеждами, ни утяжками. И каждое резкое движение лишь подчёркивает мои объёмы. Грудь прыгает, и кажется, что все вокруг смотрят на это. Кажется, что-то сломалось в моей самооценке в тот день, когда я упала в обморок, и меня несли шестеро парней… Шестеро!
Думала, что забыла тот неприятный инцидент, но сейчас все задавленные чувства снова обрушиваются на меня, будто это было вчера, и все помнят мой позор. Стыд и желание стать невидимой преследуют меня, по сей день! Как неприятно…
— Да брось, — будто прочитав мои мысли, шепчет Лола. — Никто не пялится на твои прыгающие мячики, поверь! Все смотрят на Марата. Если вынырнешь из своих мыслей и обратишь внимание на окружающих, то сама увидишь.
Я бросаю быстрый взгляд на Марата, который бежит по дорожке со скоростью укушенного страуса, и вырывается нервный смешок.
— Как супергерой какой-то!
