– Обязательно сейчас? – интересуюсь, нахально вздернув бровь. Впрочем, ответ мне известен, и эта бравада напускная.
– Конечно, – обаятельно улыбаясь, отвечает она, и я послушно присаживаюсь, чтобы закончить ужин.
Пока отчим за столом, разговор крутится вокруг моей учебы, адаптации Агнии и самочувствии Яриши. Но едва Дариус, отвлекшись на деловой разговор, встает из-за стола, мама меняется. Мягкие черты заостряются, и она бьет словами:
– Ты совсем рехнулся, Ян?
– Не понимаю, о чем ты? – Я тушуюсь, но выдерживаю холодный взгляд, хотя очень хочется опустить глаза, как в детстве.
– Ян, я слишком хорошо тебя знаю, – припечатывает она. – Ты и Агния? Ты в своем уме?
– А что? – шиплю я. – Недостаточно хороша для меня? Раньше тебя не волновали мои девушки.
– Или ты для нее, – удивляет мама. – И раньше ты не пытался нагадить внутри семьи! А репутация посторонних девушек меня волнует слабо. Это проблемы их матерей и их семей. А Агния, нравится тебе это или нет, наша.
– Надо же! Думал, что ты ее ненавидишь и только для Дариуса тщательно демонстрируешь свою лояльность.
– Не начинай, – устало отмахивается мама. – Ты знаешь, для семьи я сделаю все. И ты в курсе, что в появлении Агнии – и моя вина в том числе, Дариус именно тогда узнал…
– Что я не его сын?
– Это не имеет отношения к нашему разговору.
– Все имеет отношение к нашему разговору. В этой семье безгрешных нет. Что не так со мной и Агнией?
– Ты понимаешь, какой будет резонанс, когда все вскроется?! Ладно она! Девочка наивна, восторженна, и понятно, что попала под твои чары. Но ты-то о чем думаешь?
– О том, что она мне нравится.
– Нравится? – Мама закатывает глаза, словно вообще не уверена, что эта эмоция мне доступна. – Ты не отличаешься постоянством, Ян! Ты не думал, что будет, когда она тебе разонравится? Как вы будете сосуществовать в рамках этого дома? А придется. Как минимум несколько ближайших лет. Ты не думал о том, что будет с ней?
– А может, это я ей разонравлюсь? – спрашиваю скорее назло.
– Ты понимаешь, о чем я, Ян. Не играй с девочкой.
– А я и не играю, – огрызаюсь я и все же ухожу. Разговор бессмысленный, и мама это понимает. А раз так, вопрос времени, когда в ход пойдет тяжелая артиллерия – отец. С другой стороны, мама не может не понимать, что, если папа узнает, достанется всем. Только мне наплевать, а вот ей?
Вздрагиваю, видя Яна на пороге, а к щекам приливает кровь. Сердце начинает стучать быстрее, и я не могу его успокоить. Комкаю на груди полотенце, сильнее сжимая узел, словно боюсь, что оно сползет к ногам. Я рада видеть Яна, но в то же время волнуюсь.
Столько эмоций, сколько испытала рядом с ним, я, кажется, не испытывала за всю жизнь. Для меня все это слишком ново. Выбивает из колеи. Я чувствую себя обнаженной. Даже больше, чем обнаженной. С меня будто сняли не только одежду, но и кожу.
Каждое прикосновение, каждый взгляд ощущается так остро, что я забываю дышать, когда он со мной.
– Наверное, тебе не стоит быть здесь, – замечаю я севшим голосом, но отдаю себе отчет: если Ян послушается и уйдет, я просто разрыдаюсь от разочарования.
Впрочем, «послушание» и «Ян» – понятия несовместимые. Не знаю, к счастью ли.
– А если я хочу находиться именно в этом месте? – спрашивает он, дерзко вздернув черную бровь с хищным изломом.
Ян похож на кота. Красивого охотника, который только притворяется домашним. И я натурально робею рядом с ним. А еще не могу сопротивляться его адскому обаянию, и парень бессовестно пользуется моей слабостью.
Делает шаг навстречу, гипнотизируя затуманенным взглядом из-под опущенных ресниц. И его дерзкое желание, которое Ян даже не пытается скрыть, передается и мне.
Дыхание срывается, я облизываю вмиг пересохшие губы. Мне нравится прерывистый выдох Яна, который за этим следует. Значит, я тоже обладаю над ним какой-то властью.
– Что же ты творишь, Агния? – стонет он и сокращает расстояние между нами настолько, что я уже почти чувствую вкус его губ. Поэтому сама тянусь к ним несмелым поцелуем.
Словно молния проскакивает между нами. Кажется, губ касаются искорки, настолько сильно напряжение. Несмелые движения – и робкий выдох сквозь стон. Мы стоим, не касаясь друг друга, но я чувствую Яна каждой своей клеточкой. Мурашки по рукам, по спине, шевелящиеся на затылке волосы.
Вздрагиваю, когда Ян невесомо проводит по моим предплечьям подушечками пальцев. Это так остро и трепетно, что сердце сжимается. Невинная ласка, но эмоции на разрыв. Интересно, только у меня? Или у него тоже? Вряд ли. У него было больше… У него было все, и мне становится горько оттого, что он испытал все эти эмоции в первый раз не со мной.
Наверное, он хочет большего. Но я пока нет. Слишком много между нами неизведанного. Я не хочу бежать, перепрыгивая через ступени.
Но сегодня Ян даже не пытается приблизиться. Словно сейчас именно неспешные тягучие поцелуи – все, что ему нужно. И я благодарна за возможность изучать новые чувства по глотку.
Он не швыряет меня в бурную реку, а медленно увлекает за собой, понимая, что я сама не захочу поворачивать к берегу.
