Я и моя девочка не были ханжами. Меня тянуло стихи писать о нежных грудях и точеной фигурке милой – а Ширин охотно взбиралась ко мне на бедра, чтобы сильнее распалить мою страсть. Но для нас соитие было подлинным священнодействием, совершаемым в уютной тишине спальни, как в храме А здесь – на приемной пятачке «Сочной клубнички» – с половой любви были сорваны все покровы.
Девки с постеров точно кричали: физическое сближение мужчины и женщины – это не волшебный ритуал, а удовольствие на пять минут. Плотская любовь, которая для нас с Ширин была накрепко связана с любовью духовной, представала здесь в грубых уродливых формах. Это был точно плевок в святыню. «Сочная клубничка» предлагала даже утолить похоть без живого партнера. Достаточно, что волосы твоей куклы срезаны с головы настоящей девушки. Сообразно твоему полу фирма предложит тебе похожий на маленькую ракету фаллоимитатор или мастурбатор, воспроизводящий «райский цветок» какой-нибудь порнозвезды. Кушайте на здоровье, не подавитесь!..
– Иду!.. Иду!.. Иду!.. – докатилось до нас.
Из глубины апартаментов – цокая каблучками, как подковами – к нам спешила женщина. Когда мадам достигла приемной, мы хорошенько разглядели молодящуюся офисную леди лет под сорок пять. Волосы, неестественного темно-серого («мышиного») цвета, собраны на затылке в пучок и заколоты золотой заколкой. Силиконовые кроваво-алые губы. Подведенные фиолетовым глаза. Чуть ли не рвет черную рубашку невероятно и непропорционально объемная грудь – тоже, видимо, накаченная силиконом. А вот кожа – на руках, на щеках – дряблая и сморщенная, хуже осенних листьев. Это была точно напоминалка: к каким ухищрениям ни прибегай, мобилизуй хоть легион косметологов и визажистов, а все равно весну жизни за кудри не ухватишь. Положение на спасали ни предельно короткая юбка, ни капроновые чулки.
– Здравствуйте!.. – улыбнулась мадам, обращаясь только к Ширин, а меня – игнорируя, как барин лакея. – Я Изольда Ивановна – офис-менеджер. – А вы по поводу работы секретаршей?..
– Да, – пролепетала моя девочка.
– А это кто с вами – муж?.. – с неприязненной обезьяньей гримасой поинтересовалась Изольда Ивановна, кивая на меня, как на кучку засохших экскрементов.
– Да. Муж, – все так же тихо ответила моя милая.
– Хм!.. – Изольда Ивановна взмахнула ниточками тонких бровей. Подняла трубку стоящего на столе телефона и набрала короткий номер: – Алло. Савелий Саныч?.. Пришла девушка на должность секретарши. Но вот только… Что?.. Нет, не стриженая. Длинные волосы, густые… Прыщей тоже нет. Гладкая светло-смуглая кожа. Но только девушка притащила с собой мужа. Пусть оба заходят?.. Да, хорошо, Савелий Саныч.
Офис-менеджер положила трубку и повернулась к нам:
– Пойдемте. С вами побеседует генеральный директор Савелий Саныч.
Изольда Ивановна повела нас по узкому коридорчику между разгороженными отсеками апартаментов. Когда проходили мимо кухни (нас накрыли горячие запахи гречки и рыбы), оттуда высунулась рыжая мужская голова, хохотнула и выдала:
– Какая задница, какая классная задница!..
Я не успел сообразить, что это означает. Изольда Ивановна остановилась перед массивной дубовой дверью, над которой, вместо подковы, были прибиты «щит и копье Марса» и «зеркало Венеры». Офис-менеджер постучала.
– Войдите!.. – донесся из-за двери могучий бас.
Изольда Ивановна подтолкнула нас:
– Проходите, проходите!..
Сама она осталась снаружи.
Мы попали в просторный, как царские палаты, кабинет, в центре которого, на роскошном, будто трон, кресле, за поставленным на письменный стол компьютером восседал плечистый гигант с богатой, по-бараньи кудрявой, шевелюрой.
– Проходите, не стесняйтесь, – ободрил нас здоровяк-гендиректор. – Присаживайтесь, поговорим, – толстой, как слоновий хобот, ручищей Савелий Саныч указал на два стула.
Великан-директор улыбался, но мне его улыбка (я не понимал – почему) сразу не понравилась. Он был одет в засаленный темно-синий свитер и брюки со стрелками; а обут в шлепанцы. Простецкий наряд босса был призван, по-видимому, настроить посетителей, вроде нас, на непринужденную демократичную атмосферу. Вот только, когда мы опустились на стулья, у меня предательски задрожали колени. Я посмотрел на Ширин: она тоже явно нервничала. Покусывала нижнюю губу и не поднимала глаз.
– Меня зовут Савелий Саныч. Я здесь генеральный директор, – весело представился офисный амбал. – Вы какой кофе предпочитаете?..
– Что?.. – не понял я, ошарашенный неожиданным вопросом.
– Просто кофе с молоком и сахаром, – по-прежнему не поднимая глаз, за нас обоих ответила моя милая.
Савелий Саныч набрал на стационарном телефоне трехзначный внутренний номер и распорядился в трубку:
– Изольда Ивановна, принесите-ка нам кофе с молоком и сахаром… Да, на троих… Сколько сахару?.. Я думаю – по два кубика будет достаточно.
