Моя вера полностью

Духовность не исчерпывается знанием священного писания и дискуссиями на философские темы. В первую очередь это воспитание собственной души и обретение неизмеримой силы. Бесстрашие — неотъемлемое свойство духовности. Трусы всегда безнравственны.

Истинный сатьяграх распрощался со страхом. Поэтому он никогда не боится верить противнику. Даже если противник двадцать раз обманывал его, он готов поверить ему в двадцать первый, ибо веру в исконно благую человеческую природу подразумевает самая сущность его убеждений.

Давайте каждое утро, тотчас же по пробуждении, вступать в новый день, произнося следующий обет: «Я не убоюсь никого на свете. Убоюсь одного лишь Господа. Я ни на кого не затаю злобу. Я ни от кого не потерплю несправедливости. Я буду бороться с ложью, провозглашая истину, и, сопротивляясь лжи, приму любые страдания».

Решитесь остаться в одиночестве

Внутренний голос, который никогда меня не обманывал, сейчас шепчет мне: «Ты должен бросить вызов целому миру, но возможно, тебе придётся бороться в одиночестве. Ты должен смело посмотреть миру в лицо, но возможно, мир уставится на тебя глазами, налитыми кровью. Не бойся. Доверься тихому, едва слышному голосу, который живёт у тебя в душе и сейчас напоминает: “Оставь жену, друзей и всех близких, но сохрани верность тому, ради чего жил и ради чего должен умереть”».

Числом воюют робкие и боязливые. Истинно доблестный с радостью выходит на битву в одиночестве.

Величайшие гении человечества всегда творили и боролись в одиночестве. Например, великие пророки Заратустра, Будда, Христос, Магомет — все они остались в одиночестве, как и многие другие, кого я могу назвать. Однако живая вера в себя, в своего Создателя и в то, что Он на их стороне, помогала им никогда не чувствовать одиночества.

Уповай на Бога

Ненасилие одержит победу, только когда мы обретём живую веру в Бога.

В справедливой борьбе дхармаюддхе Господь сам разрабатывает стратегию и предводительствует войском. Дхармаюддху можно вести только во имя Бога, и только когда сатьяграх чувствует себя совершенно беспомощным, исчерпал все доступные средства и его окутывает кромешная тьма, Господь приходит ему на помощь.

Я выучил один урок: то, что представляется человеку невозможным, — детская игра для Бога, и если мы верим в Божество, управляющее судьбой ничтожнейшего из Своих созданий, то, несомненно, нет ничего невозможного и для нас, и, вдохновляемый этой главной надеждой, я живу, дышу и пытаюсь повиноваться Его воле.

Я знаю свою стезю. Она пряма и узка. Она подобна лезвию меча. Я преисполняюсь радости, ступая на неё. Я плачу, оступившись. Господь рек: «Тот, кто не оставляет усилий, не погибнет». В душе я верю этому обетованию. А посему, хотя в слабости моей случалось мне согрешить и пасть тысячу раз, я не утрачу веру.

Сатьяграх, разумеется, знает, что спасение приходит, когда почти угасает надежда. Ибо такова воля Божества, одновременно благого и жестокого: Оно неизменно закаляет верующего в огненном горниле, проверяя его на прочность, и с радостью смиряет его гордыню, повергая во прах.

Убеждай противника, добровольно принимая на себя страдание

Любовь никогда ничего не требует, она только дарует. Любовь лишь претерпевает страдание, но никогда не мстит.

Я пришёл к важному выводу: если вы хотите чего-то добиться, то должны не только апеллировать к разуму, но и тронуть сердце своего противника. Аргументы, основанные на логике, скорее достигают цели, но задеть какие-то струны в сердце оппонента вы можете, только добровольно взяв на себя страдание. Оно отверзает духовные очи.

Я постепенно проникался убеждением, что высшие цели достигаются не одними лишь рациональными методами, а в первую очередь страданием. Страдание — закон человеческого мира, война — закон джунглей. Однако страдание — бесконечно более действенное средство для обращения противников и отверзания их ушей, которые в противном случае так и не научились бы внимать.

Религия ахимсы заключается в предоставлении другим максимальных свобод и удобств при максимальном ограничении свобод и удобств для себя самого, вплоть до угрозы собственной жизни.

Самое ожесточившееся сердце и самое грубое невежество неизбежно растают в лучах восходящего солнца страдания без гнева и злобы.

Старайтесь обратить противника в свою веру

Часто забывают, что истинная цель сатьяграха — не смутить обидчика. Сатьяграх никогда не стремится запугать противника, а всегда должен взывать и взывает к его сердцу. Истинная цель сатьяграха — не принудить противника сдаться, а обратить его в свою веру.

Сатьяграх неизменно пытается обратить своего оппонента исключительно силой своего характера и страданием. Чем он чище душой и чем более страдает, тем скорее добьётся цели.