Мои руки немного дрожат, внутри все тоже вибрирует и я очень хочу замаскировать дурацкое волнение. Прикроюсь действием.
— Он тебя год за трусишки таскал куда ему вздумается, а сейчас решил помочь? Хер ему с маслом! Щас я ему устрою!
Конечно же я пропускаю момент, когда подруга хватает телефон и набирает номер Камаева.
Оживаю только на ее словах:
— Значит так, засранец! Еще раз напишешь Олеське…
Да блин!
Из моих рук валится кружка, разлетаясь по полу множеством осколков.
Проглотив отчаяние поворачиваюсь к Марине, растерянно разглядывая ее шевелящиеся губы. Текста почти не слышу, потому что его перебивает грохот моего сердца.
— Все! — моя личная охранница гордо отбивает вызов и никак не комментируя разбитую посуду, направляется к шкафу.
Вытащив совок и метлу, принимается сметать осколки, а я так и остаюсь стоять истуканом.
— И не смей на меня сердится! — ворчит орудуя метлой — Надо было ему по башке настучать еще тогда… Когда он тебе шею в приемной передо мной целовал…
Проглотив тяжелый ком с разбегу влетаю в яркие воспоминания, в те мгновения, когда все было по-другому…
Олеся
В сотый раз всматриваюсь в текст приказа на стипендию, пытаясь найти лишнюю фамилию.
У нас новенькие помощницы умудрились вляпаться: выпустили документ, забыв при этом удалить отчисленных студентов, а директор естественно уже успел его подписать.
Вот теперь приходится подчищать этот косяк.
— Блин… Простите, Олеся Вячеславовна… У меня по растениеводству коллоквиум в пятницу. Зубрю ночами…
Диана смущенно оправдывается передо мной, а я бросив на нее быстрый взгляд продолжаю читать документ.
— В следующий раз просто не берись за такую ответственную работу, ясно? — спрашиваю жестко, рассчитывая, что меня услышат.
На самом деле у меня самой все из рук валится…
Три дня назад я выползла из машины Камаева, как потрепанная кошка.
Мне стыдно отвечать на его сообщения и я молю Бога не столкнуться с ним в стенах колледжа.
А сообщений от него штук десять и все пришли на личный номер! И вот как Егор умудрился его достать? Хотя... Ничему уже не удивляюсь...
Я взрослая женщина и понимаю, что в случившемся виноват не только он.
Сама не знаю, что на меня нашло… Просто…Не смогла с собой справиться. Отвечала ему, бесстыже в губы стонала…
Здорово, хоть остановиться смогла и оттолкнуть — издевается надо мной внутренний голос.
Да уж… Переспать в машине со студентом средь бела дня было бы верхом сумасшествия…
Перелистнув страницу, продолжаю водить глазами по тексту.
— Поняла — виновато шелестит студентка, комкая края своего свитера.
С девчонками я стараюсь быть дружелюбной, но если дело касается учёбы или работы — трясу по-максимуму!
— Олеся Вячеславовна, да перестань ты девочку пугать. Владимир Семёнович сроду приказы не перечитывает. На последней странице нет этих фамилий…Ну и все… Фамилий нет, подпись есть! Переделаем остальное — ворчит Марина Геннадьевна и приспустив очки, задумчиво осматривает меня. В это мгновение мне кажется, что все о чем я только что размышляла, текстом отразилось на моем лице.
Иначе…Ну вот что за взгляд, а?
Слабо киваю, откладывая документ в сторону.
— Пойду выпью кофе — произношу слабо, желая ненадолго скрыться от изучающего взгляда коллеги.
Хочу остаться наедине и в сто пятый раз прокрутить в голове случившееся.
Если кто-то узнает об этом случае — моей репутации конец и мне нужно было вспомнить об этом факте немного пораньше.
Встав изо стола, хватаю телефон и молча выхожу из кабинета.
Только я переступаю порог, меня сметает волной пьянящего аромата. ЕГО аромата…Ну вот зачем этот Камаев такой настойчивый? Он уже скомпрометировал меня однажды и повторения этого спектакля я не желаю!
— Отпусти немедленно! — пытаюсь вырваться, но нахал рывком притягивает меня за талию. Цепкие пальцы нетерпеливо комкают на спине идеально выглаженную блузку и это так чувственно…
Моим мозгам определенно нужны какие-то витамины, потому, что я снова думаю не о том.
— Чего бегаешь от меня? — чувственно шепчет на ухо Егор, жадно втягивая аромат моей туалетки.
Ничего не могу поделать с мурашками, которые разбегаются по телу в ту же секунду.
Оттолкни его, Олеся! Что ты, как дурочка к полу приросла?
Моё тело рвется к этому нахальному мальчишке, а разум твердит, что это сумасшествие.
Где-то в конце коридора шастают студенты, за дверью одного кабинета сидит директор колледжа, а за другой — мои коллеги.
Мы, как на витрине и я просто обязана сделать хоть что-нибудь, чтобы прекратить это бесстыдство.
— Камаев! Немедленно отпустите меня! — цежу строго, пытаясь привести эмоции в порядок.
— Не отпущу, знаешь же… — все тот же чувственный шепот и легкий поцелуй в шею, от которого я на секунду закрываю глаза.
Всего лишь на секунду, чтобы с новыми силами дать отпор нахальному мажору, но дверь приемной распахивается и из нее выходит Марина Геннадьевна.
Как ошпаренная отскакиваю от Егора и торопливо поправляю на себе вещи.
Каким взглядом по мне проехалась коллега, мне неизвестно, ведь я трусливо опускаю глаза в пол.
— Ты дурак! — обиженно шлепаю Камаева по плечу.