Софья Павловна – особа неординарная и деятельная. Разочаровавшись в очередном муже и надоевшей работе, она осуществляет свое давнее желание и открывает «Детективное агентство Дамочкиной С.П.», которому шутники их небольшого провинциального городка тут же дали название «Дамочка с пистолетом». Ее первым клиентом становится полицейский Юрий Свиридов, которого обвиняют в убийстве молодой женщины. В ходе запутанного расследования Софья встречает его – мужчину своей мечты, единственного и неповторимого!.. И как теперь выбраться из круга обреченных, в который они оба попали? Ведь ее любимый в списке подозреваемых! Единственный выход – найти истинного убийцу.
В круге обреченных места хватит всем…
Приезд матушки вновь пустил под откос привычный уклад жизни состоятельного холостяка. Прислуга как угорелая носилась по роскошным комнатам двухэтажного особняка с помпезными колоннами, не чая угодить столь важной и не в меру капризной особе, поэтому о спокойном отдыхе и вольготном времяпрепровождении оставалось лишь мечтать.
Качков Денис Иванович, невысокий худощавый брюнет с узким интеллигентным лицом, давно обходился без чьих-либо советов, а в контроле и опеке не нуждался вовсе. Наоборот, хлопоты вокруг собственной персоны находил пустыми и весьма вредоносными для его не на шутку расшалившейся в последнее время нервной системы. Однако, считая верхом неприличия даже самое мало-мальское недовольство излишней материнской заботой, тяготившей его, только поигрывал изящными скулами и помалкивал.
Встречались они раза три-четыре за год: так было удобно обоим. Матушка наведывалась в Москву и словно ураган обрушивалась на сына со своими – в основном надуманными – беспокойствами. Он же навещал ее в Ницце, куда она перебралась пять лет назад.
– Дэни, – журила его Зоя Сергеевна на следующий вечер, пытаясь вывести из глубокой задумчивости, которую она прежде в сыне не замечала, – мне совсем не нравится твой вид недооцененного великомученика. Будь другом, сделай лицо попроще. И сотри эту кислую ухмылку: видеть ее не могу! Ты здоров, богат. Вот и радуйся жизни! К тому же сегодня твой день рождения. И, пожалуйста, не смотри на меня, как на досадное недоразумение. Ты прекрасно знаешь, что никто так сильно не любит тебя, как я. Поэтому изволь выслушать свою мать. И понять главное: я пекусь только о твоем благополучии.
Они уединились от лишних глаз в просторном кабинете с высоким лепным потолком. Мебель светлых тонов с позолотой, массивные шторы на арочных окнах, обои с замысловатыми вензелями создавали ощущение нахождения в царских хоромах. Переполненные шкафы поражали обилием всевозможных книг разной тематики и намекали на нехилое айкью хозяина.
Элегантная до кончиков ногтей Зоя Сергеевна восседала за массивным письменным столом в старинном, напоминающем трон, кресле и походила на озабоченную делами государства королеву, принимающую ненаглядного отпрыска, будущего правителя великой империи. Она намеревалась немедленно получить ответы на все тревожащие вопросы, подозревая, что причина дурного настроения сына кроется в их слегка пошатнувшемся семейном бизнесе.
Денис уютно расположился на просторном угловом диване, игнорируя антикварные стулья с высокими спинками возле стола, тем самым тактично намекая матушке, что вести беседы на серьезные темы не намерен. Он искренне любил ее, но толковать и думать о делах именно сейчас не хотелось. Впрочем, как и вчера, и неделю назад.
Неизъяснимая тоска пожирала его изнутри, и он не видел никакой возможности от нее избавиться. Может, потому Денис решил отправиться в кругосветное путешествие на роскошном круизном лайнере, прихватив с собой новую пассию, которую – кто бы ожидал от этого совсем еще юного создания – пришлось еще и уговаривать. И куда мир катится?
– Мама, я очень ценю твою заботу. Но мы можем хотя бы сегодня не говорить о делах? К тому же согласись: я давно повзрослел и тебе стоит ослабить хватку. Теперь я сам в состоянии позаботиться о себе. Равно как и о тебе.
Зоя Сергеевна, изящная и довольно хрупкая на вид кареглазая особа, благополучно пребывающая в фазе второй молодости и каким-то чудом сохраняющая великолепную стройную фигуру, принялась нервно обмахиваться веером из золотистых перьев.
Раскрасневшиеся щеки – результат пары выпитых бокалов вина – явно намекали на то, что не следовало так легкомысленно относиться к своему здоровью. Несомненно, более всего на свете Зоя Сергеевна ценила трезвую голову и незамутненное сознание, но выпить за здоровье единственного сына все же себе позволила.
