– А третий вопрос, который тебе зададут уже в процессе кусательной экзекуции (ибо волчий образ кое-кому гораздо более к лицу!): «Ты ещё здесь?!» Всё, я выдохся… Ваши контраргументы?
Возразить было нечего, при всей парадоксальности ситуации он был абсолютно прав. Скорее всего, моя жена поступит именно так. Я не боюсь её. Просто не хочу огорчать. Потому что когда она огорчается – это страшно…
Анцифер, поймав мой бегающий взгляд, попытался спасти положение:
– Серёженька, я тоже вынужден признать… м-м… некоторую справедливость доводов нашего идеологического противника. Хотя если он кругом прав, то это уже чёрт знает что! Прости меня, Господи… Но я готов пойти на разумные уступки и согласиться с вашим предложением насчёт поясняющей записки.
– Принимается, – великодушно кивнул Фармазон, – прошу занести галочку в моё личное дело. Серёга, строчи предсмертное письмо, только коротко и без лирических отступлений.
Я вырвал лист из той же тетради, где писал стихи, ангел и чёрт пристроились рядом, заглядывая мне через плечо. Что же ей написать? Надо, наверное, примерно так: «Любимая, не волнуйся! Банни пропала неизвестно куда, потому что надевала твой медальон и читала моё стихотворение. Я быстренько разыщу её и вернусь…» Нет, не пойдёт. Наташа с ума сойдёт от беспокойства и сию же минуту сама бросится нас разыскивать, мы можем разминуться по дороге. Надо как-то иначе: «Дорогая, Банни ушла погулять, а я вышел её встретить. Ты только жди, мы скоро…» Стоп, а вот это уже просто враньё! Если ваша жена ведьма, то вы можете многое себе позволить, но заклинаю – никогда, ни за что, ни при каких условиях не лгите ей! Просто из соображений личной безопасности. Всё равно узнает… Как же быть? «Наташа, мы с Банни скоро вернёмся. Не переживай, если задержимся. При первом же удобном случае я тебе позвоню». Пожалуй, вот так. Это и не откровенное враньё, и не прямолинейная правда. Всё, теперь надо действовать быстро…
– Куда отправляемся?
– Куда хочешь… А чё вы сразу на меня уставились?! – подозрительно вскинулся нечистый. – Думаете, я знаю, куда эту фифу забросило? Так нет же вам! И понятия не имею! Махнём не глядя, шансы сто к одному, глядишь, и зацепим наудачу…
– А если заручиться советом сэра Мэлори? – вовремя предложил я.
– Конечно! – радостно просиял Анцифер, но тут же впал в сомнения. – Хотя… мне по-прежнему не нравится то место, где он квартирует. Этот ваш Город буквально переполнен нечистью, и без защиты Натальи Владимировны нам будет небезопасно.
– Да брось! Хозяин там давно свой, его, поди, каждая собака знает как бегающего нудиста и мужа ведьмы. Серёга, пошли!
– И всё-таки я бы не настаивал…
– А тебя, белобрысый, никто и не спрашивает! Мы сами с усами, у нас на плечах тоже не парик с опилками. Вот, записочку Натальвладимирне передай. Обскажи, если что, на словах, а мы пойдём, пока не похолодало.
– Вы что же, хотите оставить меня здесь одного?! – вытаращился на меня ангел, а деловитый Фармазон уже бухнул ему большую чашку тёплого кофе:
– На, Циля, пей! Веди себя хорошо, не скучай, жди жену хозяина. Будет совсем хреново – там, в шкафу на верхней полке, есть газетка «Интим» с картинками, тебе понравится. А мы быстро – сестрёнку в корзинку и домой!
– Но… я… я не могу! Что я тут без вас буду делать?!
– Стиркой займись.
– Какой ещё стир… – договорить Анцифер не успел, широким рукавом Фармазон совершенно «нечаянно» подтолкнул чашку, и густой бразильский кофе выплеснулся на белоснежные ризы ангела! Светлый дух едва ли не взревел от обиды и негодования.
– Серёга, линяем! Циля в гневе неуправляем… Зашибёт за милую душу!
Не дожидаясь моего ответа, чёрт вытолкал меня из нашей кухоньки и вовремя прикрыл дверь… Отродясь не подозревал в лексиконе белого ангела таких непарламентских выражений. Столь целостно и витиевато объединить в одном предложении проклятый Ад, долбаную Америку, нетрадиционные сексуальные отношения, маму Фармазона, сивого мерина, ручной тормоз, апостола Петра с самым большим ключом, чью-то хвостатую задницу и клятвенное обещание полной кастрации на месте… Честное слово, я бы остался и послушал ещё, но нечистый не мог позволить себе такой роскоши:
– Давай, давай, не останавливайся! Ох и пропаду я с тобой… На курточку вот, шляпенцию свою не забудь, ботинки надевай быстро!
– Фармазон, – наконец и мне удалось вставить слово, – сейчас же прекратите весь этот балаган! Я в курсе, что вы можете легко отправить меня в Тёмные миры, но обратно-то возвращает исключительно Анцифер.
– Ну так занят он! – суетливо огрызнулся чёрт: – Слышишь, какими эпитетами замахивается? Не тревожь его сейчас под горячую руку, стирка… она успокаивает.
– Фармазон! – ещё строже напомнил я, прикидывая, взять зонт или нет. – Без Анцифера я никуда не поеду!
Нечистый долгим оценивающим взглядом посмотрел мне в глаза, хмыкнул, сплюнул и беззлобно поинтересовался:
– А раньше ты не мог этого сказать?
