Не бывает скучных и безопасных путешествий. Открытие Америки, Индии, Австралии, исследование Африки потребовали неимоверного напряжения сил и множества человеческих жертв. Но достижение полюсов Земли стало наиболее захватывающей главой в истории географических открытий.Со времен викингов всех самых отважных и целеустремленных мореплавателей как магнитом тянуло к Северному полюсу. Каждая новая экспедиция на шаг приближалась к заветной цели, но сам полюс оставался неприступным. И даже когда в 1909 году сразу два исследователя объявили о его покорении, многие с сомнением встретили это известие. Ни точность тогдашних приборов, ни свидетельства очевидцев не были стопроцентно надежными, а оставить в точке полюса знак или флаг можно только на дрейфующем льду: «застолбить» Северный полюс невозможно.Покорение Южного полюса оказалось еще драматичней. Самая трагическая страница этой истории – поход капитана Роберта Скотта, экспедиция которого достигла полюса через 35 дней после Амундсена и погибла на обратном пути.Этот том популярной серии «Великие путешествия» представляет захватывающую дилогию выдающегося норвежского полярного исследователя Руаля Энгельбрегга Гравнинга Амундсена (1872—1928). В книгах «Моя жизнь» и «Южный полюс» Амундсен рассказывает о героических полярных буднях, о разнообразных способах путешествий: на кораблях, лыжах, собаках, самолетах и дирижаблях. О лишениях, испытаниях, приключениях и подвигах, которыми была наполнена его жизнь. О главном ее событии – достижении Южного полюса – и о многом другом. «Южный полюс» – своеобразная «стенограмма подвига», полярная сага: достоверная, подробная, увлекательная книга, местами пугающая, а местами веселая, написанная с большой непосредственностью и с характерным амундсеновским юмором. А автобиографическая повесть «Моя жизнь» дополняет и обрамляет это главное событие судьбы путешественника, ведь в жизни великого норвежца было не только 14 декабря 1911 года.В юности Амундсен «хотел пострадать за свое дело, – не в знойной пустыне по пути в Иерусалим, а на ледяном Севере», в зрелости сказал однажды о полярных краях: «Ах, если бы вам когда-нибудь довелось увидеть своими глазами, как там чудесно, – там я хотел бы умереть».Сбылось и то, и другое. Он прожил счастливую жизнь: жил, как хотел, и погиб, как мечтал: во льдах, спасая терпящих бедствие.Электронная публикация включает все тексты бумажной книги Руаля Амундсена и базовый иллюстративный материал. Но для истинных ценителей эксклюзивных изданий мы предлагаем подарочную классическую книгу. Бумажное издание богато оформлено: его украшают сотни цветных и черно-белых фотографий и иллюстраций, позволяющих читателям воочию увидеть Арктику и Антарктику такими, какими их впервые узнал автор этой величественной эпопеи.Издание напечатано на прекрасной офсетной бумаге. По богатству и разнообразию иллюстративного материала книги подарочной серии «Великие путешествия» не уступают художественным альбомам. Издания серии будут украшением любой, даже самой изысканной библиотеки, станут прекрасным подарком как юным читателям, так и взыскательным библиофилам.
Как случилось, что я стал полярным исследователем? Случайного в этом ничего нет, так как с пятнадцатилетнего возраста все мои стремления сосредоточились на единой цели. Все, чего я достиг в качестве полярного исследователя, является результатом обдуманной, добросовестной, тщательной подготовки всей моей жизни.
Я родился в Борге близ Сарпсборга[1]. Когда мне было три месяца, мои родители переехали в Осло, где я получил воспитание и образование. Я проделал обычный порядок учения без особых событий и затруднений. Отец мой умер, когда мне было четырнадцать лет, и мои старшие братья покинули родной дом, чтобы собственными силами искать себе пропитания. Таким образом, я остался один с матерью и, повинуясь ее желанию, посвятил себя изучению медицины. Ее честолюбивым надеждам, которых я сам никогда не разделял, не было суждено осуществиться. Когда мне было пятнадцать лет, в мои руки случайно попали книги английского полярного исследователя Джона Франклина[2], которые я проглотил с жгучим интересом. Эти книги оказали решительное влияние на избранный мною впоследствии жизненный путь.
Из отважных великобританцев, которые в течение четырех столетий тщетно пытались овладеть Северо-Западным проходом[3], никого не было храбрее сэра Джона Франклина. Описание возвращения одной из его экспедиций захватило меня, как ничто из читанного раньше. Франклин рассказывает, как ему с несколькими товарищами пришлось более трех недель бороться со льдами и бурями, причем их единственное питание состояло из нескольких костей, найденных в покинутой индейской стоянке, и в конце концов, прежде чем они добрались до самых первых форпостов цивилизации, им даже пришлось для поддержания жизни съесть собственную кожаную обувь.
Удивительно, что из всего рассказа больше всего приковало мое внимание именно описание этих лишений, испытанных Франклином и его спутниками. Во мне загорелось странное стремление претерпеть когда-нибудь такие же страдания. Быть может, во мне заговорил идеализм молодости, часто увлекающий на путь мученичества, и он-то и заставлял меня видеть в самом себе крестоносца в области полярных исследований. Я тоже хотел пострадать за свое дело– не в знойной пустыне на пути к Иерусалиму, а на ледяном Севере, на пути к широкому познанию доселе неведомой великой пустыни.
Так или иначе, но описания путешествий Джона Франклина имели решающее влияние на мою будущность. Держа это в тайне, так как я никогда не осмелился бы высказать моей матери намерений, которых, я знал, она ни за что бы не одобрила, – я решил сделаться полярным исследователем.
Не ограничиваясь этим решением, я немедленно начал работать над тем, чтобы сделать себя пригодным для такой жизни. Тогда у нас еще не существовало тех спортивных организаций, которые имеются теперь повсюду. Единственные известные нам виды спорта были футбол и лыжи. Хотя игра в футбол меня мало привлекала, я все же стал заниматься этим спортом, чтобы тренировать свое тело и приучить его к выносливости. Лыжный спорт, напротив, мне нравился, и ему я отдался всей душой. В период с ноября по апрель, всякий раз, когда у меня освобождалось время от школьных занятий, я отправлялся в экскурсию на лыжах в Нурмаркен[4]. Я достигал все больших успехов в этом спорте и одновременно развивал свою мускулатуру.
В те времена дома зимой не особенно хорошо проветривались, и поэтому меня считали чуть не сумасшедшим, так как я непременно желал спать с открытыми окнами, даже в сильные холода. Моя мать серьезно бранила меня за это. Я успокаивал ее заверениями, что люблю свежий воздух. В действительности же я таким образом осуществлял часть проводимой мною тренировки.
Когда мне минуло восемнадцать лет, я сдал выпускные экзамены в гимназии и поступил в университет для изучения медицины. Как все матери, гордящиеся успехами своих детей, моя мать была убеждена, что я являюсь образцом прилежания, но если говорить правду, то я был хуже самого среднего студента. Мать скончалась три года спустя, на двадцать первом году моей жизни, и смерть избавила ее от неминуемого открытия, что честолюбие и интересы мои пошли по совершенно иным путям и что для удовлетворения ее честолюбия и достижения избранной ею цели я не сделал ничего. С огромным облегчением покинул я вскоре университет, чтобы всецело предаться осуществлению мечты моей жизни.
Однако предварительно мне пришлось отбыть воинскую повинность. Я шел на это чрезвычайно охотно не только из желания быть верным гражданином, но и по той причине, что военная служба, по моему мнению, должна была принести мне большую пользу в качестве дальнейшей подготовки к моему призванию. К сожалению, у меня был серьезный недостаток, вследствие которого меня могли забраковать, – я был близорук, о чем не подозревали даже мои родственники и друзья. Недостаток этот постепенно уменьшался с годами, но не прошел и до сих пор. Если бы врач обнаружил его, то меня бы не приняли. К счастью, я никогда не носил прописанных мне очков.
