— Иди без меня, — ответила я, глядя на Ли, сонно расстегивающего ремень безопасности. — Встретимся позже. Мне нужно кое-что сделать.
— Хорошо. — Алекс поцеловал меня в щеку и направился к школе.
Как я и ожидала, невыспавшийся и усталый Ли последним вылез из машины. Когда он полез в кузов за рюкзаком, остальные парни уже разошлись. Ли забросил рюкзак на плечо и пошел прочь, даже не заметив меня, прислонившуюся к заднему борту пикапа.
— Ли, — позвала я.
Он замер на миг, затем возобновил путь.
— Ли! — позвала я снова и побежала за ним, поскольку он не обернулся. Схватила его за руку и развернула к себе. — Я знаю, что ты слышал меня.
Он уставился на меня пустым взглядом.
— Ну? — не выдержала я. Ответь же на мой невысказанный вопрос!
— Что «ну»? — смахнул он мою ладонь со своего плеча.
— Сам знаешь что.
— Понятия не имею. — Ли развернулся и пошел дальше.
Шокированная, я мгновение стояла столбом. Да что с ним такое? Помог мне, а теперь делает вид, что ни при чем?
— Почему ты забрал мою кофту, Ли? — закричала я.
Вопрос заставил его остановиться. Он так и стоял, спиной ко мне, пока до меня не дошло: Ли ждет, когда я его догоню.
— Почему? — повторила я вопрос, подойдя к нему. — Ты ведь не любишь меня.
— Джеки, — посмотрел он мне прямо в глаза, — давай притворимся, что этого не было?
Прозвенел звонок. Нам пора идти на занятия.
— Нет, — возразила я, — мне нужно знать, почему ты это сделал.
— Мы опоздаем на первый урок, — заметил Ли, поднимаясь по ступенькам.
— Плевать, — ответила я, удивив саму себя. — И тебе тоже, я знаю.
— Ладно, — буркнул он.
Ли повел меня на задний двор школы, в небольшую рощицу, откуда нас невозможно было увидеть из окон школы.
— Задумал укокошить меня? — огляделась я. Мы были тут совершенно одни.
Ли бросил на меня через плечо злой взгляд.
— Я прихожу сюда, когда не хочу идти на уроки.
— А-а-а…
— Тебе кто-нибудь рассказывал о моих родителях?
— О твоих родителях?
— Да. Ты знаешь причину, по которой мы с Айзеком живем с тетей и дядей?
— Нет. — С чего он начал об этом говорить? По правде говоря, мне всегда было любопытно, куда делись его родители, но спрашивать я боялась.
— Мама бросила нас сразу после моего рождения, — сказал Ли. — Я ее даже никогда не видел.
Я держала рот на замке, ожидая продолжения.
— Ее уход сильно повлиял на отца. Плохо повлиял. Он армейский офицер. Не стал растить нас с Айзеком, а скинул на своего брата и уехал за границу. Мы видимся с ним раз в несколько лет.
Я потрясенно прикрыла рот ладонью, но Ли на меня не смотрел. Он устремил взгляд в небо. Его история была чуть ли не ужаснее моей. Я потеряла родных, но хотя бы знала, что они любили меня.
Мы некоторое время сидели в тишине, и почти летнее солнце согревало кожу.
— Сочувствую, — наконец произнесла я.
— Ты, наверное, первая, чье сочувствие искренно.
— Правда?
— Мне часто говорят «сочувствую». Только ведь это сочувствую притворно. Откуда им знать, каково это — не иметь семьи.
Я кивнула.
— И знаешь, что самое неприятное? — спросила я. — Что на тебя смотрят по-другому. Будто я уже вовсе и не Джеки, дочь Ховардов, а Джеки — дочь умерших родителей.
— Лучше, чем Ли — сын родителей, которым он не нужен.
— Почему ты ненавидишь меня? — задала я мучивший меня вопрос.
— Я не ненавижу тебя. Просто… — Ли со вздохом провел рукой по кудрявым волосам, пытаясь найти подходящие слова, — скажем так: у меня материнский пунктик. Я никогда не знал своей мамы, и Кэтрин… ей сложно уделять внимание дюжине детей. А потом вдруг появляешься ты, и тетя, чувствуя ответственность за тебя, отдает тебе свою студию. Ты как будто украла у меня наше с ней совместное время, которого и так было мало.
— Не знаю, что и сказать.
— А я тебя ни о чем и не спрашиваю. Я вернулся за твоей кофтой, так как осознал, что, в отличие от меня, у тебя никого нет. — Ли явно с трудом подбирал слова. — От ревности я не понимал, что тебе так же больно, как и мне. И вел себя как придурок.
Вздохнув, я взяла его за руку. Я злилась на него за все его слова и дела, но, по крайней мере, он сказал мне правду.
— Да, — согласилась я с ним, — ты был тем еще придурком.
Губы Ли дрогнули в улыбке.
С Натаном мне всегда было спокойно. Наша дружба — естественная и непринужденная — очень отличалась от моих отношений с остальными братьями Уолтер. Однако сегодня, шагая по коридору в его комнату, я вытерла вспотевшие ладони о юбку, подавляя желание сорваться на бег.
Кэтрин забрала Натана из больницы, когда мы уехали в школу, и парни, вернувшись с занятий в четыре часа дня, сломя голову кинулись к нему в спальню. Натан провел в больнице целую неделю, поэтому почти никто из братьев не видел его с субботы. Я терпеливо ждала своей очереди, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз.
