Слава Пресвятой, Единосущной и Животворящей Троице! Когда диавол защемит бок неудовольствием, ненавистью на ближнего из-за чего-либо житейского, плотского, и тяжело мне станет, мучительно, я встану да возведу сердечные очи к Троице и говорю: «Отче, Сыне, Душе Всесвятый, помилуй мя», а сам смотрю на имя Отца и Сына и Святого Духа как на самое существо Пресвятой Троицы, везде существенно присутствующей, даже в слове едином, — смотришь, тотчас и легко сделается, и убежит враг от вседержавного, приснопокланяемого имени, как дым исчезнет.
Когда ты про себя в сердце говоришь или произносишь имя Божие, Господа, или Пресвятой Троицы, или Господа Саваофа, или Господа Иисуса Христа, то в этом имени ты имеешь все существо Господа: в нем Его благость безконечная, премудрость безпредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость. Со страхом Божиим, с верою и любовью прикасайся мыслями и сердцем к этому всезиждущему, всесодержащему, всеуправляющему имени. Вот почему строго запрещает заповедь Божия употреблять имя Божие всуе — потому, т. е., что имя Его есть Он Сам, единый Бог в трех Лицах, простое Существо, в едином слове изображающееся и заключающееся, и в то же время незаключаемое, т. е. не ограничиваемое им и ничем сущим.
Настоящая жизнь — не шутка и не игрушка, а между тем люди обратили ее в шутку и в игрушку: легкомысленно играют временем, данным для приготовления к вечности, играют праздными словами. Соберутся в гости, сидят и празднословят, а потом сядут играть так или иначе; соберутся в театр, и там лишь забавляются и действующие лица и смотрящие на их действия; иные забавляются своими умственными дарованиями, человеческими слабостями или добродетелями, способностью хорошо говорить или писать; забавляются даже пищею и питьем, употребляя в излишестве, вместо того чтобы употреблять их только для необходимого насыщения; забавляются одеждами своими, забавляются лицами своими; забавляются детьми своими, вместо того чтобы воспитывать их в вере, благочестии и страхе Божием. Вся жизнь у них забава. Но горе забавляющимся!
О, как страшно для забавы употреблять пищу и питие, пресыщаться и упиваться! Сытая утроба теряет веру, страх Божий и делается безчувственною для молитвы, для благодарения и славословия Божия. Сытое сердце отвращается от Господа и делается как камень твердо и безчувственно. Вот почему Спаситель заботливо предостерегает нас от объедения и пьянства,
По мере того, как человек удовлетворяет своей чувственности, он становится плотяным и удаляет от себя Пресвятого Духа Божия, Который не может пребывать в людях, плотскую жизнь провождающих:
