Моё пламя полностью

— Это касается Дарена, ― при упоминании Его имени вздрогнула, чувствуя, как секунда за секундой сердечный ритм начинает учащаться. ― После того, как… ― Элейн запнулась, но почти тут же продолжила, ― …моё состояние окончательно стабилизировалось, Дарен стал всё реже появляться дома… хотя и не переставал звонить. Лишь это успокаивало меня, лишь так я знала, что с моим братом всё в порядке. Но затем прекратились и звонки. В один из дней он просто исчез.

Я старалась дышать и ни в коем случае не терять контроля над эмоциями.

— Чего ты хочешь от меня? ― шепотом спросила, когда Элейн замолчала.

— Чтобы ты сказала мне… попыталась вспомнить… я знаю, ты поймешь, где он.

Инстинктивно прикрыв глаза, сглотнула в горле ком. Так долго я держала воспоминания о Нем запертыми в большом, мощном сундуке, пыталась жить и не оглядываться назад. Всё строить заново. А теперь человек, который, как никто другой, знал и понимал эту боль, просил меня собственными руками повернуть в замке ключик и выпустить на поверхность прошлое.

— Ты знаешь своего брата лучше, чем кто бы то ни было, ― выдохнула, мысленно ещё держа дистанцию. ― И я уверена, ты сумеешь найти его без чьей―либо помощи.

— Эбби…

— Может, он и не хочет, чтобы его искали, ― предположила она, а затем как―то нервно усмехнулась. ― Проветрится пару недель и вернется, не стоит так пер…

— Его нет восемь месяцев, ― заявила Элейн, вынуждая меня сначала замереть, а затем поднять свой взгляд.

— Восемь месяцев?

— Да. Я ничего не слышала о брате уже восемь месяцев. И, если бы я знала, где его искать, то уже давно бы сама вернула домой. Но я не знаю.

— Элейн, я…

— Прошу, ― вновь взмолилась она. ― Просто подумай. Куда бы он пошел, если бы хотел забыться?

Хотела ответить, что не могу сделать даже этого, что просто не знаю, но вместо этого не сказала ни слова. Думать о том, где Он может находиться, было не просто трудно, а невыносимо тяжело. Один Его образ, одни, пусть даже и мгновенные воспоминания о его глазах, руках, губах заставляли пульс замедляться, а сердце ― снова стучать, как бешеное. Мне было больно, но несмотря ни на что, я собрала в кулачок все оставшиеся силы, крепко стиснула их в своих пальцах и кивнула. Потому что Он был дорог своей сестре. И, что бы не происходило… был дорог мне.

— Есть одно место, ― прошептала ощущая, как руки подруги сильнее сжимают мои, ― оно очень много для него значит. И… я думаю, что если бы он хотел забыться, то отправился бы именно туда.

— Что за место? ― с надеждой в голосе спросила Элейн. ― Как оно называется?

— Я не знаю… ― виновато, даже беспомощно завертела головой, ― прости, Эл, он не сказал мне…

— Но ты же была там, верно? ― не унималась она. ― И знаешь, как туда добраться? Ты ведь запомнила дорогу, да?

— Я… да, наверное… мы огибали Бостон и Сен―Пьер…

— Тогда ты поедешь с нами, ― облегченно улыбнулась Элейн, ― мы вместе найдем Дарена и вернем домой, а затем…

Медленно забрала свои дрожащие руки. Это заставило Элейн запнуться. Сказать, что я просто перестала дышать, было бы ничтожно мало ― сердце внезапно перестало биться. Просто остановилось.

— Эбби…

— Нет… ― прошептала, медленно качая головой, ― …не проси меня.

— А кого ещё мне просить? ― вдруг спросила Элейн, прекрасно зная, что на этот вопрос у меня не будет ответа. ― Если бы у меня был выбор, я бы никогда не пришла к тебе. Но его нет, ― добавила она уже шепотом.

— Я не уверена, что у меня достаточно сил…

— Ты одна из самых сильных женщин, которых мне когда―либо доводилось встречать. И единственная, кому я всецело доверяю, ― она опустила глаза вниз и немного помолчала. ― Если бы это было возможно, я бы встала перед тобой на колени… ― Элейн слабо усмехнулась, будто бы просто не сумела сдержать эмоций, ― но это невозможно. Поэтому я прошу… умоляю тебя так, как могу.

Мне стало больно от её слов ― внутри что―то сильно, предательски заныло.

Как я могла беспокоиться о собственных переживаниях, когда дорогой мне человек так отчаянно нуждался в помощи? Как могла думать, что моя боль невыносимее? Считать, что имею право руководствоваться своими чувствами, при этом совершенно не заботясь о чувствах других? Разве это не эгоизм? Разве это честно?

Подалась вперед, а затем осторожно взяла руки Элейн в свои.

— Всегда и во всем… ― тихо повторила, сжимая её пальцы, ― … ты можешь на меня рассчитывать.

Медленно закрыла дверь, а затем не спеша подошла к зеркалу, руками вынужденно упершись в столешницу. Мысли. Уже долгое время они, словно ядовитые стрелы, не давали мне покоя: жгли, нарывали, кровоточили. Я привыкла, что постоянно чувствую их давление, но сейчас… то, что сейчас творилось в моей голове, было невозможно описать.

Меня крутило с такой скоростью, будто бы мне снова было три, и я просила карусель разогнаться быстрее. Сердце ныло и вместе с тем бешено стучало, пытаясь бежать с пульсом наперегонки.

Такой ли уж сильной она была на самом деле?

Включив краник, стала прислушиваться к звукам льющейся воды. Говорят, она успокаивает. Помогает разобраться в себе и дает необходимые силы.