Кристина занервничала. По её лицу было видно, что она стремительно искала варианты этих самых причин, чтобы преподнести их Томашевскому.
Он смотрел на неё пристально, не отпуская её взгляда, и видел, как под его прессингом, дальнейший разговор уже давался ей нелегко.
— Ну, хорошо, я скажу вам откровенно. Мне не совсем приятна эта девушка. Я планировала сосватать за этого парня свою племянницу. А тут появилась Князева, и спутала мне все планы.
Томашевский смотрел на неё и знал, что каждое слово, звучавшее сейчас с её уст - ложь. Её единственная племянница была давно замужем и имела ребёнка, но он не подавал вида, и слушал её внимательно, ожидая, какую ещё неправду она ему преподнесёт дальше.
— Ну, хорошо, а что вы хотите от меня? Чем я могу вам помочь?
— Эльдар Станиславович, вам ведь нужна эта девушка, я это точно знаю.
Он усмехнулся.
— И что? Вы хотите вручить мне её в качестве рождественского подарка, тем самым освободив Артура для вашей племянницы?
— Вы шутите, а я серьёзно. Я могла бы помочь вам заполучить её.
— Послушайте, госпожа Вернье, вам не кажется, что наш разговор похож на абсурд, и я зря трачу своё драгоценное время. Неужели вы думаете, что если бы я очень захотел, то не сделал бы Князеву своей любовницей, причём давно и без посторонней помощи?
— Думаю, смогли бы с любой другой женщиной, но с такой, как эта особа только силой и властью ничего не добьёшься, — она пристально посмотрела ему в глаза и заметила лёгкий оттенок растерянности в его взгляде. — Уверена, что она вам отказала. Потому что они с Артуром уверяют всех, что у них настоящая и чистая любовь.
Томашевский отвернулся и принялся задумчиво смотреть в окно.
— Значит, я права? У вас не вышло завоевать её?
Он повернул голову и посмотрел на неё.
— И что же вы хотите сделать, чтобы их разлучить?
— Мне нужна банальная сцена ревности со стороны Артура, и ваша помощь в этом, чтобы скомпрометировать Князеву. Зная темперамент Артура, я уверена, что он ей не простит интрижки с вами. И в результате их разрыва мы с вами получим оба то, что хотим. Я, свободного от предрассудков любви Артура, а вы, девушку, которая вам нравится. Я думаю, когда она останется одна, вам будет несложно её завоевать.
— Да, заманчивое предложение. А вы не подумали, что может натворить Азарян после этой компрометирующей сцены? Вы об этом хорошо подумали?
— Что он может сделать? Мальчишка, щенок. Если вы переживаете за Анжелику, то думаю, что для вас всё это будет только на руку. Окружив её в такой непростой период её жизни заботой и вниманием, вы сможете легко получить её расположение и ответное чувство.
— А я смотрю, вы всё уже решили, и пишете мне картины маслом моей будущей счастливой жизни. Только знаете, вам придётся решать свою проблему с Азаряном без меня.
— То есть вы хотите сказать, что не заинтересованы в этом деле?
— Не заинтересован. И я вас больше не задерживаю. Простите, но у меня дела. Я не намерен продолжать дальше этот абсурдный разговор.
Кристина смотрела на него внимательно, но взгляд у Томашевского был холоден и ничего не выражал. Она отставила кружку с недопитым кофе на столик и поднялась на ноги.
— Ну что ж, господин Томашевский, как угодно. Извините за беспокойство. До свидания.
— До свидания, госпожа Вернье. Игорь, проводи, — Эльдар обратился к помощнику, который собирал пустые кофейные чашки со стола.
Как только они вышли за дверь, Томашевский подошёл к окну, и внимательно посмотрел на удаляющийся силуэт его неожиданной гостьи. Он ловил себя на мысли, что в былое время появись подобная персона на пороге его дома, он бы не удостоил её и кивка головы. А сейчас молча сидел и выслушивал весь её бред в течение двадцати минут.
Что с ним происходит? Как только он слышал имя Анжелики, словно терял волю. Понимал, что его покидают остатки последнего самообладания и, наверное, именно поэтому, чтобы окончательно не сойти с ума, принял это поспешное решение уехать из Москвы. Ранее наивно полагал, что общаясь с ней во время совместной работы, а теперь их встречи происходили регулярно, будет счастлив, и у него появится надежда заполучить её особое расположение. Но сейчас, вспоминая их последний разговор на краю выступа третьего этажа, понимал только одно. Что это смертная мука видеть её каждый день и чётко осознавать, что уже никогда и ничего не будет.
Завтра их последняя встреча и последняя совместная работа. Он надеялся, что покинув эту страну, он забудет о ней, и только это давало силы, для того, чтобы завтрашнее расширенное совещание провести в полной готовности и абсолютной решимости.
Эльдар достал из кармана мобильный телефон и, вызвав водителя, покинул дом, направляясь в один из торговых филиалов, расположенного на юге Москвы.
****
— Напыщенная сволочь! — Кристина отбросила сумочку на сидение автомобиля и откинулась на спинку кресла.
Жан молча наблюдал за ней в зеркало заднего вида.
— Что случилось?
