— Ростислав, это не пророчество, и не моя фантазия. Я верю в это. Потому что ты достоин настоящего счастья. И оно найдёт тебя обязательно, настигнет так неожиданно, что тебе не придётся его искать или ждать.
Полонский снова улыбнулся.
— Спасибо тебе за пожелание. Ну а ты сама, как планируешь и видишь своё будущее?
Улыбка сошла с лица Лизы.
— Георг был у меня в Крыму накануне покушения, и он сделал мне предложение.
— Правда?
— Да, — она задумчиво смотрела в одну точку.
— Значит, вы решили пожениться?
— Собирались подать заявление после моего возвращения в Москву, но теперь всё изменилось. Я здесь в Швейцарии, а Георг далеко в России.
— Не расстраивайся. Я тебе уже сказал, что как только ты поправишься, мы сразу же вернёмся домой. Вы встретитесь с ним, и осуществите все ваши мечты.
Лиза улыбнулась и уткнулась лицом в его плечо.
Полонский обнял её и крепко прижал к себе.
Всё оставшееся время, пока они были в саду, молчали. Думали каждый о своём, погрузившись в свои мысли и размышления. У них давно параллельные жизни по отношению друг к другу, но волею судьбы, они снова оказались вместе. Снова были рядом, слушали, говорили и молчали, как раньше - всё вместе, как и полгода назад, когда ещё были женаты. Бывшие супруги, оставшиеся настоящими друзьями, родными людьми, несмотря ни на что.
Словно вспоминая прошлое и, думая синхронно об одном и том же, они повернулись друг к другу, и ослепительно заулыбались.
****
Анастасия нервно расхаживала по террасе дома из угла в угол, и беспрестанно набирала номер телефона подруги. Кристина не отвечала на её звонки уже который день. И эта тишина, и неведение раздражали Воронецкую и заставляли нервничать, а присутствие до сих пор в Кореизе Сергея и Феликса, с которыми она снова столкнулась в кабинете следователя, вывело её из душевного равновесия окончательно.
Пошла третья неделя после случившегося, но ничего не двигалось с мёртвой точки. Тело Лизы не находили, а вестей из усадьбы не было. Анастасия знала наверняка, что Кристина вероятнее всего пока ничего не сделала. И потому к своему и без того нервозному состоянию, добавляла яростный гнев из-за того, что подруга не отвечала на её многочисленные звонки, а происходившее в Отрадном и за его пределами оставалось для неё до сих пор тайной.
Отчаявшись уже услышать сегодня голос своей подельницы, она в отчаянии набрала последний раз, номер телефона Вернье, и к её удивлению Кристина всё-таки ответила.
— Слушаю, — раздался тихий голос Крис в трубке.
— Это я тебя слушаю! Ты почему сама не звонишь, и на мои звонки не отвечаешь? — закричала Воронецкая.
— Настя, мне пока нечего тебе сообщить.
— Почему? Что с Морозовыми?
— Ничего. Я не поехала в усадьбу.
— Что? Ты снова сделала по-своему? Да, я уничтожу тебя!
— Настя, не кричи, пожалуйста. Мне нечего там делать. Отец пока ничего не знает о пропаже Лизы.
— Как не знает? Это что шутка что ли?
— Нет, не шутка. Сергей нам всем запретил сообщать ему и Ангелине об этом происшествии. Он сказал, что пока ничего не известно, и возможно Лизу скоро найдут, а сообщать отцу новость, которая его убьёт нельзя.
— Заботливый сын, нечего сказать. Мне плевать, что он запретил. Ты сегодня же поедешь в Отрадное, и сообщишь им эту новость.
— Я не смогу. Настя, не требуй этого от меня. Я не смогу, это убьёт его.
— Какая трепетная. С каких пор тебе стало жаль своего папашу?
— Настя, всему есть предел. Я не хочу больше участвовать в этих авантюрах. Я завтра же уезжаю во Францию.
— Вот как ты заговорила? Ну что ж, проваливай. Я всё сделаю сама. Но только на процент от продажи фирмы потом не рассчитывай, и наш контракт с тобой больше не действителен, потому что я заберу себе всё.
— Мне не нужны эти деньги.
— Ну и отлично, — Анастасия нажала на кнопку, и со злостью отбросила телефон на диван.
Воронецкая снова заходила из угла в угол.
Эта трусливая идиотка нервировала её, а её отказ от дальнейших совместных дел доводил до бешенства. Воронецкая подумала о том, что ей срочно нужна помощь и консультация в подобных делах опытного человека. Знала, как некоторые подобные делишки проворачивал её муж в прошлом, с лёгкостью прибирая к своим рукам бизнес своих конкурентов и партнёров.
Она должна забрать у Морозова фирму со всеми активами. Ей не нужны были вырученные деньги от её продажи. Ей нужно было просто насладиться своим триумфом. И оставить его ни с чем, как и он когда-то оставил её без всех источников её стабильного дохода, и из-за чего она была вынуждена вернуться в дом отца, и принять его условия, согласившись выйти замуж за Воронецкого. Хотелось того же бумеранга и для Морозова. Разрушить то, что с такой трепетностью он создавал многие годы, и лелеял своё главное дело всей жизни. Растоптать и уничтожить, оставить его на старости лет нищим - вот чего хотелось, а не денежной наживы. Денег у неё полно, но нет чувства радости и ощущения полного удовлетворения в жизни.
