Аннев лишь что-то глухо прорычал в ответ. Содар прекратил водить стержнем и посмотрел ему в глаза.
– Вот только случилось это не на уроке, я прав?
Врать не хотелось. Но для Содара его молчание было красноречивее слов. Едва старик открыл рот, чтобы задать новый вопрос, как в главную дверь часовни постучали.
– Кого это принесло? – удивился Содар. – Для прихожан еще слишком рано.
Он поставил чашу на стол, положил стержень рядом и направился к двери, ведущей в зал часовни.
– Погоди, Аннев. Я сейчас.
Аннев через силу кивнул и проводил священника взглядом. Пока Содар отсутствовал, юноша постарался сосредоточиться на своей злости, еще больше распалить в себе негодование и обиду, но когда Содар вернулся, неся под мышкой какой-то мешок, сильнее всего оказалось любопытство.
– Кто приходил? – спросил он.
– Йохан, свечник. – Содар водрузил мешок на край стола. – Принес ароматных свечей для сегодняшней службы.
– Это очень… щедро.
– Да уж, – согласился Содар, сунув руку в мешок. – Для такого-то говнюка.
Аннев, на мгновение позабыв о своих муках, весело рассмеялся. Вдруг Содар вскрикнул, отдернул руку, и мешок свалился со стола.
– Что? Что такое?
– Проклятый свечник, – пробурчал Содар, поднимая увесистую суму с пола. – Здесь что-то острое.
Он снова осторожно опустил руку в мешок и вынул из него длинный осколок стекла. Задумчиво хмыкнув, он положил осколок на стол.
– Вот уж воистину – остерегайся даров.
Аннев нервно заерзал на стуле: а ведь с Фином они подрались как раз после того, как он принял подарок Маюн.
– Ты и правда в это веришь?
Содар пожал плечами, прижавшись губами к ранке на большом пальце.
– Это ты мне скажи. Кроме свечей, Йохан принес послание от мастера Эдры.
Аннев, как мог, постарался сохранить невозмутимый вид. Содар взял уголь и начертил глиф на посиневшей ладони.
– Эдра напомнил, что у нас с тобой сегодня тренировка. А это значит, что он ничего не слышал о сломанной руке. – Старик вопросительно поднял кустистую бровь. – Не желаешь ли объяснить?
Аннев застонал: обещание, данное Эдре, напрочь вылетело у него из головы.
– Я пропустил половину тренировки с оружием.
– Но явно не по этой причине. – Содар кивнул на его бедную кисть.
– Нет. Меня отправили помогать Дювареку.
Содар что-то промычал себе под нос.
– Позанимаемся, когда рука заживет.
Он снова окунул стержень в чашу с водой и нарисовал третий глиф – в центре запястья. Аннев скривился, приготовившись к вспышке боли, но прикосновения стержня оказались легкими и точными.
– Запястье я вылечу – не хватало еще, чтобы из-за этих живодеров ты пропустил завтрашнее Испытание.
Аннев благодарно кивнул.
– А вот синяки оставлю, – продолжил Содар. – Для правдоподобности.
Он внимательно осмотрел свою работу и поднял взгляд на Аннева:
– Узнаешь эти глифы?
– Тот, что на запястье, – исцеляющий. А другие два… – Он замялся.
– Символы соединения, – ответил за него Содар, указывая на знаки, нарисованные на ладони и предплечье. – Это две части одного глифа. Если начертить их по отдельности, то они привяжут два предмета друг к другу – как минимум на некоторое время. Благодаря им кости быстрее срастаются, в особенности если рядом начертан исцеляющий глиф.
Аннев кивнул: ясно. Старик отложил стержень, накрыл изувеченную кисть ладонями и закрыл глаза.
– Сначала произносишь заклинание исцеления, – объяснил он, не открывая глаз. – После – заклинание соединения.
Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и, аккуратно ощупывая запястье Аннева, начал читать:
Аннев зачарованно наблюдал за действием волшебных слов: сначала глифы засияли мягким светом, кости потянулись одна к другой, и кисть медленно начала вставать на место; вскоре размазанные черные линии высохли и превратились в полоски сухой черной пыли. Содар подул – и она улетела, а запястье стало совершенно чистым, не считая красного отпечатка от порезанного пальца Содара. Аннев стер и это пятнышко и с удовольствием осмотрел руку: страшный лиловый синяк исчез, к коже вернулся здоровый розовый цвет. Аннев осторожно повращал кистью, потом потряс всей рукой и, наконец, сжал пальцы в кулак и с силой грохнул по столу.
Содар одобрительно качнул головой:
– Как новенькая.
– Было совсем не больно, – удивленно произнес Аннев. – Раньше всегда жгло, да и после еще долго болело. – Он снова потряс кистью. – А сейчас ничего такого нет. Это потому, что ты начертил все три глифа?
– Хм… Нет, не поэтому. Вообще-то, боль должна была усилиться, ведь на сей раз исцеление прошло намного быстрее обычного. – Он постучал пальцем по подбородку. – Хотя подобные случаи известны. Видишь ли, сила действия того или иного заклинания определяется многими условиями. Соблюдение некоторых из них может привести к тому, что процесс протекает безболезненно.
– И что это за условия?
Содар задумался.
